Олег Ладыженский - Мост над океаном

* * *

Закат распускался персидской сиренью –

О, час волшебства!

И шкуру оленью, испачкана тенью,

Надела листва.

Река истекала таинственной ленью…

…пустые слова.

* * *

Мы – не соль земли.

Мы – соль на раны.

Плач вдали и старый плащ в пыли.

Мы уходим.

Мы почти ушли.

"Это странно,– скажете вы,– странно…"

Мы смолчим.

Валеты, Короли,

Дамы и Тузы – увы, пора нам!

И исход, как жизнь, неумолим.

Мы – не соль земли.

Мы – соль на раны.

Дворники проспекты подмели,

Грезят шашлыками стать бараны,

Учат Торы, Библии, Кораны,

Как копейкам вырасти в рубли,

А рублям – в червонцы.

Нежно, пряно

Под окном тюльпаны расцвели.

Басом распеваются шмели,

Будды собираются в нирваны,

Богословы рвутся в Иоанны,

Корабли

Скучают на мели.

Мы уходим,

Мы почти ушли.

Мы – не соль земли.

Мы – соль на раны.

Розы, грезы, паровозы,

Дуры-козы, в мае грозы –

Жизни низменная проза,

Тополиный пух.

Нам осталась только малость –

Вялость, жалость и усталость.

И юродствует, оскалясь,

Повелитель мух.

Пережили все несчастья,

Разложили мастью к масти,

Это страсти, это сласти –

Будем хлеб жевать.

На салазках мчатся сказки –

Строят глазки в прорезь маски;

Да еще скрипят без смазки

Ржавые слова.

Жили-были, все забыли,

Долюбили и остыли,

Встретимся, воскликнем "Ты ли?!"

"Я…" – ответишь ты.

В прозе жизни, как на тризне,

Нету места укоризне –

Третий-лишний, братцы-слизни!

Слепнем, как кроты.

* * *

…значит, вскоре будет горе. Станем плакать.

Разведем беду руками. Обожжемся.

Под ногами искореженная слякоть

Обижает палый лист – багряно-желтый,

Он в грязи нелеп и жалок. Грай вороний

Пеплом рушится на голову. В овраге

Обезумевший ручей себя хоронит,

Захмелев от поминальной, смертной браги.

Значит, осень,– та, что ничего не значит,

Стертым грошиком забытая в кармане.

Если я еще не кончен – я не начат;

Если я не стану верить – не обманет.

…ай, мама!

Догорели, сизым пеплом стали угли; ночь в степи бредет неслышно, чабрецом, полынью пахнет. Ветер гривы заплетает жеребцам, уставшим за день, ветер меж шатров танцует, ай, чявалэ, пляшет ветер… Там, за далью, вторит эхо: пой, гитара! плачь, гитара! смейся! И звенят мониста, рассыпаясь по простору…

Нынче утром встанет солнце.

Нынче утром я не встану.

…ай, нож!

Синей стали. Кони встали вдоль клинка. Видно, в скачке подустали и застыли на века. Бликом возле острия отраженье: я? не я?! – и мерцают "я-не-я" те, далеко от рукояти.

По изгибу ножевому режет солнце по-живому.

…ай, пыль!

По дорогам, трактам, шляхам, под ногами, сапогами,– желтой змейкой, малым смерчем; под дождем назвавшись грязью, в летний зной назвавшись смертью, в зимний день назвавшись снегом, только эти все названья – ложь, обман, умов смущенье, ибо пыль осталась пылью, как судьба судьбой осталась, как жена со мной рассталась – пыль, сказала, ты дрянная! на зубах скрипишь паскудно!

Ай, ромалэ – одинок я!..

Пыль…

…ай, мама, грустно было, ай, тоска змеей по сердцу – ветром в поле, пылью в ветре, на заре лучом рассветным, я с тобой останусь, мама, я тоску заброшу в море!..

* * *

Мой бедный бес! Какие кружева

Плетет в аду твое воображенье,

Где грешников унылое движенье

Бессмысленно и скучно? Так слова

Теряют в мертвой хватке предложенья

Привычный облик, страсти и права.

И все таки – страдавшие блаженны.

Мой мудрый бес! Скучая у котла,

Где всей утехи – вилы да смола,

Ты создаешь миры без сковородок,

И каждый житель – чистый самородок,

И каждый вечер – свечи на балах.

И каждый день – морковь на огородах

Гораздо лучше, чем вчера была.

Мой странный бес! Ты изгибаешь хвост,

Который, как вопрос, мохнат и прост,

Ты сатане готов лизать копыта,

Но в тишине, забыв про график пыток,

Упрямо через пропасть строишь мост

Туда, где обреченность на попытку

Старается достичь колючих звезд.

Наивный бес! К чему? к чему? к чему?!

Прими, как данность, славную тюрьму,

Где ты – не заключенный, а тюремщик,

Где строго пополам: орел и решка,

Порок и наказанье, бес и грешник.

Бессмысленно кому-то одному

Желать на крест приколотить скворечник,

Чтоб искупить птенцами боль и тьму!

Мне кажется: вот-вот, и я пойму…