Только имя осталось не стёртое,
На могиле бурьян и трава,
Да истории эхо, пусть мёртвое,
И глухая людская молва!
Что ж Россия, чего-то там с памятью,
Коль не помнишь своих сыновей?
Сотня лет, грязь и замять за замятью,
Оттого на душе суховей!
И чего творит погода,
То жара, а то снега,
Не четыре время года,
А вселенские бега.
Вон, Прибалтику сжигает,
А в Иркутске снегопад,
Юг тайфунами пугает,
Предсказания – в отпад!
На Тайване злые сели
Затопили пол страны,
На безумие подсели,
Как свалилися с Луны!
Скоро белые медведи
Кушать будут пингвеней,
Ничего, что не соседи,
Тут погоде всё видней!
Половина континентов
Скоро будут под водой,
Впрочем, для таких моментов
Есть рецептик и простой.
Пьяным море по-колено,
Расступается оно,
Так еврейское колено
Моисеем спасено.
Сельдереевкой налились,
Аж, по самую ноздрю,
Фараоны долго злились,
Рвали бороды кудрю!
Как придёт потоп вселенский,
Быстро в винный магазин,
В руки глобус, как Хабенский,
И бочонок, как грузин.
Да поверьте, вы при деле,
Есть нелёгкая при вас,
Помирать, так не в постели,
Ну, а пить не только квас!
Ядовиты клубы хлора,
Как вздохнул – лихая смерть!
Дохнут фауна и флора,
Страшна боли круговерть.
Фридрих был такой, Великий.
Полководец, Цицерон.
Весь в талантах, многоликий,
Не считал в боях ворон.
Он оставил изреченье:
Мало русского убить!
А в лихом бою теченьи
С ног солдата надо сбить!
Время есть, пусть небольшое,
Хлор вдохнул, но жив пока!
В дыме, смраде, кашле, вое,
Шли в штыки против полка.
Умирали вои сразу,
Немцев выбили, конец!
Через хлорную заразу,
Боль и рвание сердец!
Полегли на поле боя,
Смерть здесь смертию поправ,
Наши русские герои.
Кто мне скажет, мол, неправ?
Какие люди, едрёный корень,
Любого сходу попрут на шкворень,
Пускай имеют мой череп лысый,
Кто не отсюда, вали, пописай.
Начало бурных девятисотых,
В садочке детском блазнит босота.
Там мазу держит кентарь в шесть лет,
Все ноне воры, ну, без примет.
Девчонки в группе, как есть, лохини,
И им компота по половине.
Пускай пошарят по шхерам мам,
У нас рассчёты на наших дам.
Сегодня парни идут на дело,
Овсянка-каша им надоела.
Завхоз в подсобку, на лом пробой,
Мы апельсины съедим в отбой!
Ушло в прореху и отшумело,
То время оно, что так гремело.
Мы победили, воры под шконкой,
Но, держат «писку» над нашей «сонкой»!
Года суровые, лихие,
Но, не для всех они плохие.
Кто был поломан в годы эти,
А кто схватил и пети-мети!
Теперь по чину, да по строю,
Сховавшим лярды ямку роют.
Они на жалость давят, плачут,
Жизнь наклонилась в неудачу!
Под сенью аглицкой короны
Слышны воров российских стоны.
Спасите деньги, мол, достали,
Меня в судах трепать вдруг стали.
Полоний, литий, галстук даже,
Мощны фигуры в Эрмитаже.
Стоят атланты, выше крыша,
И им знаменье в форме шиша!
Нет денег – плохо, есть, таки хуже,
Публичность в жизньи ты весь наруже.
Придавят бритов, те к нам с поклоном,
А воровайкам хана по схронам!
Прошу к барьеру! Сейчас, ей-богу!
Хлебну немного я на дорогу.
Нет, не отлыну, я непременно,
Но, пусть всё будет здесь постепенно.
Лишь на дорогу, но, по фужеру,
Сие достойно для офицеру.
Чрезмерность ритма во фрунте губит,
Вина минуты любой полюбит.
Так наливаю, вот так размеры,
Да тут устанешь, и есть примеры!
Здоровье Ваше, моё в придачу,
По-офицерски, и за удачу!
Легко проходит, ещё по разу?
Вдвоём мы выпьем, за всё и сразу.
До дна осушим свои бокалы,
Я всем клянуся, они не малы!
Вы говорили мне о дуэли?
Не помню вовсе я канители!
Прикажем лучше сварганить дрожки,
И поклонимся мамзелям в ножки!
Куда мы едем? Я сам не знаю,
Приспали, вроде, вот вспоминаю.
Но, сударь, кто вы, гусар, я вижу!
Кавалериста я не обижу!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу