Смеясь и плача, проходили мимо
Бредущие неведомо куда,
И прочной сетью врезались года
В их лица. Так встаёт неумолимо
Морским приливом властная вода,
Чтоб смыть всё на пути своём. Так вскоре
Песчаные постройки детских рук
Обрушатся, и только ровный звук
Шипящих вод изобразит их горе,
Неведомое точности наук.
Но я испуган был не этой сетью
Морщин, покрывших душу и чело,
Мне страшно было то, что их влекло, —
Язвившее сознанье, точно плетью,
Предательское, страшное число …
Наутро тот, кто выжил, поднимался
Из грязи и зловония канав,
И я не ведал, в чём я был не прав,
Когда их ненавидел. Мне казался
Дурным их взгляд, звук голоса, их нрав,
Они производили впечатленье
Зверей двуногих, и в тоске своей
Я не назвал их именем людей —
Имеющих другое назначенье.
И я вскричал: «Да будет, ей же ей,
Их кара исправлением молитвы,
Отрадою для тех, кто не посмел
Смешать Божественный и свой удел!»
Но я забыл, что даже в страшной битве
У ненависти тоже есть предел…
11 апреля 1999 года. Пасха
День в начале апреля. Полчаса до полуночи.
Тепло и трепетно. Ветер дует с реки.
Ладонью прикрыли свечу. Получим ли
Мы разрешение за наши грехи?..
Становится зябко на миг. Но музыка
С небес нисходит. Колокола
Поют нам благовест. И верим: сбудется!
Прекрасны, Господи, твои дела!
Церковный двор. Тепло и сладостно
В соощущении Его чудес.
И мы поём друг другу радостно
Слова простые: Христос воскрес!
«Ностальгия найдёт, словно сон…»
Ностальгия найдёт, словно сон,
не спеша,
если б кто мне сказал,
чтó твоя душа!
Сочетание странное
светлых дней
и других – потерянных,
разбитых и склеенных,
да непрочен клей.
Ностальгия найдёт, словно сон,
не спеша,
и окутает сердце моё тишина.
Где душа твоя скрыта?
За какою стеной?
Пеленою увита,
никому не открыта,
окаянный покой…
Ностальгия найдёт, словно сон,
не спеша,
и шепну я во сне:
ты была хороша,
только где ты теперь?
где искать эту дверь,
сквозь которую
ускользнула душа?..
19—20 июня 1999 года, Задонск
«Всё это было: тихий женский скит…»
Всё это было: тихий женский скит,
Среди лесов негромкая обитель,
Паломники – и торопливый зритель,
Который, как всегда, спешит, спешит…
И меж домов течёт полдневный жар,
А купола с вершины брызжут светом;
Монахинею скромною одета,
Кому на деле ты приносишь дар?..
Всё это было: нежность твоих глаз
Здесь сочтена с лукавою улыбкой,
И руки сложены в молитве зыбкой:
Что мы пред Ним? Что перед веком час?
Всё это было: если б только знать,
Чего нам суждено в любви искать…
«Нежданная весна в том феврале…»
Нежданная весна в том феврале,
Как девушка, преодолев разлуку,
Смеялась и вбегала к нам без стука,
И мы смеялись. Птица на крыле
Так носит вдохновение и нежность,
И в каждой капле таявшего льда
Блестела невечерняя звезда
И открывалась шумная безбрежность.
Как девушка, она ждала любви,
Бесхитростно скрывая ожиданье,
И тёплый ветер был её дыханье…
Но таял день, попробуй, улови!
Девчонка! Где ей было превозмочь!
И снова снегом укрывалась ночь…
«Я зеркало твоё, я очертанье…»
Я зеркало твоё, я очертанье,
Свершенье всех несбыточных надежд,
Я крах всех идеалов: у невежд
Сыновнего не встретишь почитанья…
Хотя б старался ты меня найти,
Но разве вспомнишь, тронутый печалью,
Мои слова, что прежде прозвучали,
Мой шаг в начале долгого пути…
Я – слабый голос снов твоих и песен,
Созвучия все спутаны во мне,
Но иногда в щемящей тишине
Мне каждый миг бывает страшно тесен…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу