«Тихо заплачь, не кричи слезами…»
Тихо заплачь, не кричи слезами,
Я пожалею, налью елей,
Образами, не обрАзами
Свечи сожгу печали твоей.
Не наколдую нежных объятий.
Люди — не сестры, звери — не братья.
Платья безлюдные кружатся в вальсе,
Чем их наполнить? Сознанием счастья?
Танец сменить на дикое сальсе.
И гуараной — в твоё запястье.
Мучаясь бредом, падают страхи,
Цепкие когти из лобных пазух
Эхом орут об утраченном прахе
Дикой нелепостью трансов разных.
Всё успокоилось. Скручены волны,
Новой пружиной играет спираль.
Ангелы арфы звуком наполнили —
Мягкая, нежная пастораль.
«Червяком, объевшимся земли…»
Червяком, объевшимся земли,
Вползаешь в дом,
К стене в объятья, как
Прилипшая к ней гнида.
Без запаха, помеченный котом,
Хорошая подливка для гарнира.
Вкусив таланты жаренных приправ,
Внутри блеснул обуглившийся стержень,
Очки устали стёкла для оправ
Менять. Удар нашатыря висок обрежет.
Дыханье сбито. Обморок, оскал.
Червь плюнул землю. Что ты в ней искал?
«Полетели перед глазами…»
Полетели перед глазами
Мои любимые точки.
Не смотри, не теряй сознание,
Закудахтали няньки — квочки.
Остреё уколов барьеры
Вен разрушило. Феррум, феррум.
Устремляется в кровь железо,
Не становятся сталью нервы.
Ждёт укусов вампира снова,
Рвётся вдребезги волн пучина,
Пританцовывает Казанова,
Припадает, ищет причину
Отверженья своих деяний,
Непонятных чужих обоняний.
Не расцеженной коровы
Удар
В жесть подойника молоком,
И в лицо — ужасный
Угар
Полетел навозным хвостом.
Не умеешь доить — брось
Вымя дёргать без куража.
В изумленье подняв бровь
Режешь лобстеры без ножа.
Умудряешься жечь дрова —
Боль смолы на губах берёз.
Языком шевеля едва,
Устаешь от своих угроз.
На рога поднят пастух,
Брошен в рёв быков на крови.
Ничего не услышит —
Глух
К стонам нежности, мрак отравив.
Завтра призрак придёт во тьме,
Засияет сон в голове.
Отдай упавшего слугу,
Рукою мокрою его не трогай.
Оставь на растерзание врагу,
А сам иди своей дорогой.
Печаль моя — чёрт знает, что.
Чем пропитаешь, не поймёшь.
К груди приколотая брошь,
А платье где? А где пальто?
«Это я, потеряв обоняние…»
Это я, потеряв обоняние,
Сердцем чуяла — это ты.
Это ты, применив обоняние,
Ж… ой вынюхал все цветы.
Грубо, пошло, стандартно, гадко.
Перманент, бигуди, укладка.
Гневаться на тебя нельзя.
А я — в гневе. И не страдаю.
Почему я ещё жива?
И по стенке ещё не сползаю
Не размазанным лизуном?
Я не ранена, не убита.
Не лечу я слепым кротом,
Вместо мячика стукнутым битой.
Разработанный окуляр
Скрутит с винтика все спирали,
Я смотрю твой ночной кошмар,
Обгорелую кожу сдирая.
Из себя я сделаю прах
И смешаюсь с пыльцой в цветах.
Окружили параллели,
Обмотали нежно, рьяно.
Улыбнулись, осмелели
И пришли меридианы.
Поломала все мембраны,
Льются реки, стынут губы,
Утром свет уходит рано,
Горы взломаны и трудно
Не дышать, копая землю,
Грызть подковы, рвать упряжку.
Я лечу, мне тихо. Медлю.
Сломаны крючки на пряжках.
Стонут руки, гнут суставы,
Головы в алмазной грани.
Я устала. Перестала.
В пасту Гои не играю.
«Подружки в кимоно и без…»
Подружки в кимоно и без
Всегда смеются. Снег с небес
Не остановит лёгкий шаг.
Дорога вовсе не нужна.
Сияет глаз. Чернеет маг.
Рука послушна и нежна.
Бархатный голос,
Чистота ногтей.
В смиренье,
Не наказанность затей.
«Говори себе — Я красивая…»
Говори себе — Я красивая.
Не стесняйся себя хвалить.
Будешь умная и счастливая
И такой какой хочешь быть.
Люди тоже тебе поверят,
Мир обнимет и поцелует.
Не обманутое доверье.
Счастье в цвете радуги будет.
Прилетит бабочкой летней,
Унесёт твоё лихолетье.
«Новенькая девочка к нам пришла в семью…»
Новенькая девочка к нам пришла в семью,
Свадьбой танцевали, пели: «Ой-лю-лю».
Год прошёл, другой прошёл, и она
Мальчика чудесного родила.
В День рожденья всех гостей соберёт,
Стол накроет и польёт огород,
Всем поможет, если помощь нужна,
Это наша молодая жена.
Ласковою красотою чиста,
Лапой умывает кота.
Скажет — улыбнётся слегка,
Будешь в жизни весела и легка.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу