Дмитрий Дарин - Поспели травы

Оправдывать бунты и смуты
Не стоит именем Христа.
Ответ твой дерзок был и глупый —
Ну что ж, тогда сдержу я слово —
Тебя казнят сурово.

Петруша, выслушай без сердца,
Будь милосерден – готов он претерпеть.

Сейчас же четвертуйте страстотерпца!
Он сам хотел страдальческую смерть.
И принесите голову сюда.

Вот это да!

Мне ведомо, бояре, среди вас – Иуда,
Кто выдал Софье план похода на стрельцов.
Пусть пьет и веселится здесь покуда,
Но с каждым днем сжимается кольцо.
Открытый враг – пусть даже и силен,
Он спереди – не страшен он,
И если ты готовился к борьбе,
Дарует Бог викторию тебе.
Но от удара в спину подлеца
Ни Бог не отведет, ни Богородица.

Мин херц,
Да кто этот подлец?

Сейчас еще не время.
Все к сроку вытянем на свет.
Под корень срубим злое семя —
Изменникам пощады нет.
Тому, кто отписал моей сестрице,
Советую сегодня ж удавиться.
Ну что, бояре, приуныли?
Чай, на пиру, а не в могиле.
Здоровье князя-кесаря!

Виват! Виват!

Знать, Ромодановский не виноват.

Нельзя подозревать же всех подряд.

Ты лучше пей – в сенях шаги, кажись.

А ну – вываливай на блюдо.
Ты, Анна, отвернись,
Чтоб, случаем, не стало худо.
Данилыч, подь сюда, возьми товар
Да обнеси господ бояр.
Что пьют по-русски – без закуски —
Заместо квашеной капустки.
Потом скажи солдатам:
На шест – и вбить среди рядов,
Для отрезвления голов,
Что слушали его когда-то.
Пируйте дальше без меня —
Дел много – не хватает дня.

И мне пора, заждались в слободе.
Невесел этот пир.

Уж так устроен мир —
Сегодня за столом, а завтра – на столе.

А как устроена Россия – мне теперь известно —
Для правды Бог, Антихрист – для прогресса.

В России правды две, да царь один,
В холопах – всякий господин.

Прошу гостей налить по кубкам браги,
Мы пьем за то, чтоб всех врагов Петровых
И тайных, и не тайных – высоких и безродных
Постигла участь этого бродяги.

Виват! Виват!

Еще раз спрашиваю, пес,
То ты читал стрельцам письмо от Софьи?

Не ведаю я про письмо. Пустой донос.

Пустой?! Стрелецкое отродье!
Палач, еще полста плетей!
С оттягом бей, чтоб кожа – вон.

Упорный он.

Смотри до смерти не забей.

Ну что, ты память освежил?
Так кто тебя подговорил
Стрельцов на бунт поднять?
Кто потаковники твои,
Ну, живо говори!

Чужой был полк.
Не ведаю, как звать.

А как ты, пес, туда попал?
Со своего полка бежал
В Москву челом царевне бить?
Опять не хочешь говорить,
Крамолу кто тебе внушал?
Да ты бы…

Палач, подвесь его на дыбу.

Креста-то на вас нету…

Ишь, пес, заговорил.

Не слышу я ответа,
Ты был у Софьи с челобитной?

Отвечай царю,
Не то до смерти запорю!

Тебе отсюда плаху видно?
Так плаха – то еще добро,
Коли заводчиков не выдашь —
На крюк повешу за ребро.

Стрелец, зовут Тума.

Вот видишь,
Еще не выжил из ума.

Смотрю я, тертый ты калач.
Стрелец сей твоего полка
Убит. Еще подумай, а пока
Нажми бревно, палач.