ЕВГЕНИЙ ВИТ - ТОСКА ШЕСТИСТРУННАЯ.

Давай, братуха, перекурим –
На переходе не в бою…
Да не пальни, смотри ты с дури!
Что? Нет курить? Ну, на мою.
(а паренёк-новичок погиб…)

Помню, в давнем детстве натирали уши –
Дедушка Ленин – самый лучший дед!
Как заворожённый я эту сказку слушал
И смотрел с любовью на ленинский портрет.
Он, как факел яркий, как прожектор сильный,
Озарял по жизни к коммунизму путь.
И орал я лозунги со всеми, как дебильный,
И мечтал по-большевистски мир перевернуть.

Дедушка Ленин, дедушка Ленин,
Ты микроб опасный для людских голов!
Суть твоя кровавая, чёрные идеи –
Будь готов на смерть! Всегда готов!

В наши мОзги мягкие, сдобные как булка,
Впрыскивали вирусы ленинских мыслей,
И зубрили книжки мы этого придурка,
Желая коммунизма на планете всей.
Молодых да юных гнали на парады,
Шеи их совали в красную петлю,
Заставляли думать, жить так, как было надо,
И любить коммунистическую мафию.

Из нас аппендицитом рвали дух свободы
Под наркозом тяжких деяний Октября!
Легли под красный скальпель российские народы,
Глотнувшие учений "великого вождя".
Сколько душ угробил большевистский гений…
И в мою отрава стекала столько лет!
Имя тому яду знаю теперь – Ленин!
Горе моей Родины – этот страшный дед.

Поверь – я люблю как в былые года
И ты эту песню послушай.
Не высохла нежность, как в речке вода,
Не сжёг я в костре свою душу.

Поверь – я люблю, я ещё не угас,
Но вызов разлука бросает.
Всю жизнь не хватает мне так твоих глаз,
Всю жизнь мне тебя не хватает.

Поверь – я люблю, но как часто один,
Как мало я отдан свободе.
И боль от разлуки мне сыплет седин,
И лето моё на исходе.

Поверь – я люблю, хотя труден порой,
Когда от тебя себя прячу,
Когда ты страдаешь от встречи со мной –
Я тихо душой своей плачу.

Поверь – я люблю, каждой клеткой кричу,
И только с тобой оживаю.
Я каждую ночь в нашу память лечу
И имя твоё повторяю.

Поверь – я люблю, благодарен судьбе,
И ветер с надеждой молю,
Чтоб он долетел с моим криком к тебе
И ты поняла – я люблю!

Я снова растворяюсь в памяти моей,
А во дворе судьбы уже роняет листья осень.
И дни рожденья год от года всё больней,
И тихого покоя сердце просит.

Ах, как остановить набег седин?
Ведь я не стар и счастьем не обижен.
Но всё сильней костров осенних дым,
Моей зимы дыхание всё ближе.

Ах, как уменьшить скорость моих лет,
Стремительно летящих в никуда?
Но мчит состав до станции "Тот свет"
И гаснет моя яркая звезда…

Сесть бы в машину времени
И кнопку пуска нажать,
И очутиться где-нибудь
Назад этак лет двадцать пять.
C большим пистолетом в кармане,
И сам чтоб невидимый был…
Ох, я бы там набуянил,
Ох, я бы там натворил.

Брежневу б треснул по роже,
Да так, чтобы вышибить дух.
Досталось бы многим тоже –
Всей его банде слуг.
ЦК б разогнал, а министров
Отправил в простор целины –
И стало б прекрасно и чисто
На новой дороге страны.

А после умчался ещё бы
Уже лет на тридцать назад,
Где мучил и гробил народы,
Стоявший у власти, гад.
Он пожалел б, что родился
После той встречи со мной.
Ух, я б над ним порезвился –
Как он над моею страной.

Потом бы отправился снова
Ещё бы на лет двадцать пять –
Туда, где старался наш Вова
Россию на плаху поднять.
Я б взял его бороду в руку
И в лысину бил кулаком…
Да я б раздавил его, суку,
И сделал бы враз дураком.

Я спас бы Россию от бремени
И стала б великой страна.
Где взять мне машину времени?
Ведь нам без неё хана!

У нас сегодня с Борькой весёлая попойка –
Мы глушим водку бойко и вовсе не спешим.
Пойдём работать только, как кончится настойка,
Её у нас вон сколько – лекарства для души!

Стаканчик за стаканом, мы с Борькой уже пьяны,
Но всё же льём упрямо в утробу эликсир.
Мычим мы, как бараны, и обсуждаем планы
Про то, чтоб утром рано добыть ещё пузырь