Владимир Маяковский - Избранное

Эи, крестьяне!
Эта песня для вас!
Навостри на песню ухо!
В одном селе, на Волге как раз,
была засуха.
Сушь одолела – не справиться с ней,
а солнце сушит сильней и сильней.
Посохли немного и решили: «Попросим бога!»
Деревня крестным ходом заходила,
попы отмахали все кадила.
А солнце шпарит. Под ногами
уже не земля – а прямо камень.
Сидели-сидели, дождика ждя,
и решили помолиться о ниспослании дождя.
А солнце так распалилось в высях,
что каждый росток на корню высох.
А другое село по-другому с засухами борьбу вело,
другими мерами:
агрономами обзавелось да землемерами.
Землемер объяснил народу,
откуда и как отвести воду.
Вел землемер с крестьянами речь,
как загородкой снега беречь.
Агроном учил: «Засеивайтесь злаком,
который на дождь не особенно лаком.
Засушливым годом
засеивайтееь корнеплодом —
и вырастут такие брюквы,
что не подымете и парой рук вы».
Эй, солнце – ну-ка! —
попробуй, совладай с наукой!
Такое солнце, что дышишь еле,
а поля – зазеленели.
Отсюда ясно: молебен
в засуху мало целебен.
Чем в засуху ждать дождя по году,
сам учись устраивать погоду.

Нежная вещь – корова. Корову
не оставишь без пищи и крова.
Что человек —
жить норовит меж ласк и нег.
Заботилась о корове Фекла,
ходит вокруг да около.
Но корова – чахнет раз от разу.
То ли дрянь какая поедена и попита,
то ли от других переняла заразу,
то ли промочила в снегу копыта, —
только тает корова, свеча словно.
От хворобы никакая тварь не застрахована.
Не касается корова ни жратвы, ни пойла —
чихает на всё стоило.
Известно бабе – в таком горе
коровий заступник – святой Егорий.
Лезет баба на печку,
трет образа, увешанные паутинами,
поставила Егорию в аршин свечку —
и пошла… только задом трясет по-утиному!
Отбивает поклоны. Хлоп да хлоп!
Шишек десять набила на лоб.
Умудрилась даже расквасить нос.
Всю руку открестила – будто в сенокос.
За сутками сутки
молилась баба, не отдохнув ни минутки.
На четвертый день
(не помогли корове боги!)
отощала баба – совсем тень.
А корова околела, задрав ноги.
А за Фекловой хатой – пройдя малость —
жила Акулина и жизнью наслаждалась.
Акулина дело понимала лихо.
Аж ее прозвали – «Тетя-большевиха».
Молиться – не дело Акулинье:
у Акулины другая линия.
Чуть у Акулины времени лишки,
садится Акулина за красные книжки.
А в книгах речь
про то, как корову надо беречь.
Заболеет – времени не трать даром —
беги скорей за ветеринаром.
Глядишь – на третий аль на пятый день
корова, улыбаясь, выходит за плетень,
да еще такая молочная —
хоть ставь под вымя трубы водосточные.
Крестьяне, поймите мой стих простенький
да от него к сердцу проведите мостики.
Поймите! – во всякой болезни
доктора любого Егория полезней.
Болезням коровьим – не помощь бог.
Лучше в зубы возьми ног пару
да бросайся со всех ног —
к ветеринару.

Нашла на деревню оспа-зараза.
Вопит деревня. Потеряла разум.
Смерть деревню косит и косит.
Сёла хотят разобраться в вопросе.
Ванька дурак сказал сразу:
«Дело ясное – оно не без сглазу.
Ты вокруг коровы пегой
возьми и на ножке одной побегай
да громко кричи больного имя.
Заразу – как рукой снимет».
Прыгают – орут, аж волдыри в горле.
А люди мерли, мерли и мерли.
Тогда говорит Данила Балда:
«Средство есть – наговорная вода.
Положите, – говорит, – в воду уголёчек
и сплевывайте сквозь губы уголочек».
Пока заговаривали воду,
перемёрло еще с десяток народу.
Собрались снова всей деревней.
Выжил из ума Никифор древний,
говорит: «Хорошее средство есть —
ходите по улице и колотите в жесть.
Пусть бабы разденутся да голосили чтобы —
в момент не будет и следа от хворобы».
Забегали. Резвей, чем в прошлые разы,
бьют в кастрюли, гремят в тазы —
выгоняют, значит, оспяного духа.
Да оспа оказалась бабой без слуха.
Пока гремели – человек до ста
провезли из села в направлении погоста.
Тогда бабы вспомнили о боженьке,
повалились господу-богу в ноженьки.
Молятся, крестятся да кадилом кадят.
А оспа душит людей, как котят.
Только поп за свои молебны
чуть не весь пережрал урожай хлебный.
Был бы всей деревне капут,
да случай счастливый представился тут:
Балды Данилы умный отпрыск —
красноармеец Иванов вернулся в отпуск.
Служил Иванов в полку, в лазарете,
все переглядел болезни эти.
Знахарей разогнал саженей за сто,
получил по шеям и поп кудластый.
Как гаркнет по-военному во весь рот:
«Смирно!
Протяните
руки вперед!»
В руке Иванова ножичек блеснул,
поцарапал руку да из пузыречка плеснул.
«Готово, – говорит. – Оспа привилась.
Верьте в медицину, а не в божью милость».
Загудело веселье над каждым из дворов.
Каждый весел. Каждый здоров.
Вывод тот, что во время болезней
доктора и попов, и суеверий, и вер полезней.
Да еще, чем хлестать самогон без просыпу,
наймите фельдшера и привейте оспу.