А их ожидают труды и бои.
И каждый в мечтах — победитель!
В кого они вырастут, дети твои,—
Лишь ты это знаешь, учитель!
Торжественным праздником пахнут цветы.
Под солнцем, на новенькой парте
Тетради еще первозданно чисты:
Ученье и знанье — на старте.
Снова полая вода
Вровень с берегами.
Правят льдины, поводя
Круглыми боками,
На большую быстрину,
На строптивый стрежень:
Зазевайся — толконут
Так, что звон и скрежет!
Льдина льдину не щадит:
Прочим дела мало,
Что большая льдина-кит
На мели застряла.
Оттеснила мелкота —
Вот какое дело!
Видно, совесть льдина та
Лишнюю имела.
И теперь ее, чуть свет,
Сверху солнце точит.
И лежать терпенья нет,
И поплыть нет мочи.
Из берез несется свист
Птичьего народа:
«Стрежень чист! Фарватер чист!
Уплывай, колода!»
Хуже нет такой тюрьмы...
Двигаем, качаем,—
Всей семьей сегодня мы
Льдину выручаем.
Стронем, как ни тяжела,
С пагубного места.
— Раз-и! Два-и! Три! Пошла!
Лебедь! Царь-невеста!
Нас с собою позвала
И — слыхали новость? —
Аж до моря довезла
И не раскололась!
Не похвалят дома, но
Не за всё ж — калач!
Ты над лыжей сломанной,
Девочка, не плачь.
Жаль, конечно, слова нет,—
Хочется спасти
Легкую, кленовую,
Новую почти.
Виснут, виноватые,
В облаке седин
Кручи, с бою взятые,
Гибельный трамплин.
Солнышко февральское
На снегу нашло
Все обломки яркие —
Бесполезный лом.
Ты его пытаешься
В лыжу превратить
И слезами давишься:
Щепок не скрепить.
Пальцами застылыми
Не исправить крен...
Поднимайся, милая,
Не студи колен.
Ну-ка, выше голову,
Веселее шаг!
Будут лыжи новые,
Лишь была б душа
У тебя не сломана
Тяжестью минут.
Жизнь — гора огромная,
Сто трамплинов ждут.
ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА
ПУШКИНСКОМУ ПРАЗДНИКУ ПОЭЗИИ
Каяться — не каяться?
Думаю-гадаю.
Рифмы заплетаются,
Ритмы наседают.
С исповедью грустною —
Не к кому придется:
Кто-то посочувствует,
Кто-то посмеется.
Кто-то верным Пущиным —
К Другу сквозь метели...
Грусть моя запущенная,
Ей не дни — недели.
(Друже, не подтрунивай,
Погоди, ей-богу...)
Первого июня я
Вышла в путь-дорогу.
Мама — под черемухой.
Доченька — в окошке.
Чемодан мой легонький,
Легки и сапожки.
Вырвалась — радехонька!
Побежала ходко:
Перевоз ранехонько,
Так успеть бы в лодку!
Солнце светит бережно,
Не палит впустую.
Вдоль речного бережка
Жму версту шестую.
Только вижу издали —
Или берег прячет? —
В ручьевине-пристани
Лодка не маячит.
Добежала — нетути
Ни в кустах, ни дале...
Неужели это мы,
Ноги, опоздали?
Села. Жду на взгорышке.
Запаслась терпеньем.
Вот и Красно Солнышко —
Перевозчик Веня:
— Лодка изломалась, дак,
Перевозу нету.
Ты куда собра́лась-то?
— В Котлас. На «ракету».
— Тоже не обрадую:
Не придет и эта.
Где-то возле Ракулы
Лопнула «ракета»:
Теплоход «Олекма», вишь,
К ней пристал, громада.
А она — такой малыш!
Много ли и надо?
...Слушаю — не слушаю,
Только понимаю:
Самое бы лучшее —
Воротиться к маме.
Самое бы лучшее —
Не момент зачуркать
(«Пригласили! К Пушкину!»),
А — обнять дочурку:
Полежав распластанно
На земле, побегав,
Простудилась, ластонька,
А тоска — не лекарь.
Среди ночи-немочи —
Вся в жару бредовом —
Вспомнит моя девочка
Дорогое слово:
— Мама! —
Как спасение...
А в ответ из мрака
Только взвоет где-нибудь
Черная собака.
Старенькую бабушку
Всполошит...
Не дело!
А сама бы рядышком —
Обняла, согрела!
Нашептала сказку бы,
Подала малину,
Обрала бы ласково
Страхов паутину...
Где там! За красотами
На чужое поле —
К Сороти от Содонги
Еду — не грешно ли?
Разве что ревнители,
Не учтя причины,
Скажут: — Несравнимые
Это величины!
А промеж подружками
Что за пересуды!
Не нужна я Пушкину
И нужна не буду.
Пушкин — явно столп, а мы
В одиночку мелки.
Собираться толпами
И ходить по стрелке
Вдоль реликтовых аллей
Полюбили — верно!
С юбилея в юбилей
Прыгаем примерно.
Дышим воздухом, каким
Гении дышали,
Пьем из пушкинской реки,
Словно причащаясь,
Зажигаем свет в очах
Вдохновенный, вроде,
Даже что-то сгоряча
На листках выводим,
Произносим даже вслух
Что-нибудь с трибуны,
И никак бессмертный дух
Нас не в силах сдунуть.
Устыдиться не хотим,
Вскачь конвейер пущен:
Кто в чести да во плоти,
Тот себе и Пушкин.
Строки впрок употребя,
Сгинь! Но самый храбрый
Уж святые на себя —
Глядь! — примерил лавры.
А другой — еще храбрей —
Деловой молодчик
В дом, где свойский брадобрей,
Тот венок волочит
И велит постричь-побрить,
Перекрасить (— Серый!)
И к мозгам (к куриным!)
(— Цыть!)
Подогнать размеры...
Читать дальше