Храбрецы-вожди при штурме
Беспощадном пали оба.
Был казнён юнец, укравший
Августейшую супругу,
Этим действием призвавший
Бедствие в свою округу.
А сама краса-девица,
Невредимая, живая,
Согласилась возвратиться
К мужу, прочих бед не зная.
18
Впечатления от песни
Были двойственны и жутки.
Вся деревня бессловесно
Гусляру внимала сутки,
А старик нас будто срезал
Натуральным описаньем
Тошнотворного процесса
Человекоубиванья.
В тоже время с наслажденьем
Вспоминались те моменты,
Где гусляр нас с вдохновеньем
Тешил аккомпанементом,
Где порадовал прекрасным,
Красочным, высоким слогом.
К сожаленью, он ужасно
Огорчил нас эпилогом.
Что поделать? Жизнь — драма
С трагедийным обрамленьем.
Возвращаясь вместе с мамой,
Я высказывал сомненья:
«Согласись, в сказанье этом,
Настоящей правды мало.
Больше выдумку поэта
Песня мне напоминала.
Но на камне правдолюбном
Никому не удавалось
Даже в шутку в плясках с бубном
Привирать хотя бы малость.
Камень наш не дружит с ложью
В разной форме и личине.
Значит что? Старик нам всё же
Правду преподнёс в былине?»
Мама мне кивнула: «Если
Истиной гусляр считает
Им исполненные песни,
Камень это принимает.
С камнем тем не слицемеришь,
Он почувствует сомненья.
Правда — то, во что ты веришь,
То, что держишь за воззренья.
Ложь — что ты считаешь ложью,
В чём уверен, в том и прав ты.
Но твоя-то правда может
От чужой разниться правды.
Это не противоречье:
Истины и лжи сплетенье –
Только разность точек зренья.
В этом сущность человечья.
Люди мир воспринимают
Как-то слишком субъективно,
Разум будто отключают,
Действуют интуитивно,
Нелогично, импульсивно».
Мы, уже дойдя до дома,
Во дворе остановились,
Но, объятые истомой,
В дом входить не торопились.
«Почему, — уже зевая,
Я спросил, — порой в былинах
Боги часто представляют
Неприглядную картину?»
На вопрос мой не имела
Мама краткого ответа.
Но потом, помедлив, смело
Мне ответила на это:
«От засилья теологий,
Вычурных апологетик
Люди видят в каждом боге
Им присущее на свете:
Все людские настроенья,
Все характеры и свойства,
Логику, дела, стремленья,
Их людское же мышленье,
Бытие, мироустройство.
Если нечто существует,
Люди этому припишут
Только то, что в них бытует,
Чем они, бедняги, дышат.
По людским понятьям волки,
Муравьи, слоны, коровы –
Жизнью вертят с тем же толком,
Что и люди, право слово!
Боги — так считают люди –
Лишь людское отраженье
И во всяких проявленьях
Боги им подобны будут.
Если человеку часто
Быть приходится жестоким,
То их боги — большей частью –
Тоже злы, жестокооки;
Если люди лгут без меры,
То их боги так же лживы;
Люди храбры, боги смелы,
Трусы — боги их трусливы».
19
Мама снова улыбнулась,
Обняла меня за плечи,
Но во мне вдруг всколыхнулась
Толчея противоречий:
«Разве мы не можем, мама,
Мы, влиятельные боги,
Мир людей, таких упрямых,
Сделать менее убогим.
Сделать их, несчастных, чище,
Благороднее, честнее,
Сердцем — лучше, духом — выше!
А душою посильнее!..»
«Можем, да — на то мы боги!
Есть у нас такая сила,
Можем властвовать мы строго
Над стихиею служилой.
Можем мы людей направить
На угодное нам дело.
Можем их от бед избавить,
Рушить страны и пределы.
Можем все. Но если будем
Мы всем этим заниматься,
Уподобимся мы людям,
Наши сущности сравнятся.
А ведь есть еще иное
Населенье Ойкумены,
У которого другое
Представленье о вселенной.
Так давай и их изменим!
Побелее и пушистей
Сделаем без лишней лени
Птиц, зверей и рыб ершистых:
Чтоб не бегал волк за зайцем;
Птицы не хватали мошек;
Чтоб питался лев эрзацем
Из травы и хлебных крошек;
Чтоб не пили крови сладкой
Комары, клопы, пиявки;
Чтобы жизнь сложилась гладко
Даже маленькой козявки…
Мир таков, каким был создан,
Даже мы его не вправе
Изменять, хоть это просто –
Переделать и исправить.
Мирозданье — не потеха,
Где Создателя не ценят.
Ты исправишь человека,
Это жизнь зверей изменит.
Ты зверей исправишь, тут же
Расплодятся вольно змеи.
Змей исправишь — мигом лужи
Жабьим игом зажиреют.
Жаб направишь на благое,
Читать дальше