Антология - Поэзия Африки

И восплачет женщина,
женщина на печальной стезе —
восплачет, восплачет, восплачет!

Но дабы породить добродетель,
она опояшется божественными символами,
гордая амазонка среди героинь…
Кто расскажет, однако,
кто расскажет, Остров,
возвышенные сказки Судьбе?

И впрямь,
кровь циклонов
и кровь муссонов —
не признаки ль жизни твоей?
Мадагаскар!

Они отметили твои берега,
твои долины и твои нагорья:
пурпур, извечно разостланный
по королевскому великолепию твоего лона!

Минуют мученья,
как миновали
тысячелетние штормы,
вкусившие восемь костей
твоего рожденья,
благородная Наследница Вод.
Твоя прелесть — дитя гроз,
твоя мощь — сестра ураганов,
твой тотем — орел, сотоварищ молний,
Мадагаскар!

Ты продлишь, Остров,
твой едва потревоженный сон,
твой сон божества,
тихий сон
в объятьях времен,
в постели из водорослей и морских брызг.

Ты весь,
мой Остров, мой любимый край,
как дерзкий вызов
на перекрестке морей,
на схождении Материков!

Безумный хоровод пирог
в двойном противоборстве течений!

Остров! Вкус твоей славы
нас кинул
в кимнасиумы пяти частей света.

Твои верования обуяли нас
всей мощью семи преданий,
сказочный Остров, Мадагаскар!
Ты — несравненный!
Твое одиночество, совершенное песнопенье приливов!
Неустанно, от века,
сливали свои голоса,
свои голоса с разнообразным напевом
Атлантический, Тихий, Индийский,
чтоб славить денно и нощно
твои чудеса.

Что лепет людской —
напрасное карканье воронов!
Какие хвалы,
Мадагаскар!
Какие псалмы, Богиня!

Сколько стихий у твоих ног!
Сколько мощи в твоих воспоминаньях!
Кто мы? Ничто.

Но все герои народа
утвердили согласие трех океанов,
полюбовное соглашение Синих морей,
Мадагаскар!

Уже тело твое покраснело
от наших снов,
сплетенных на заре легендарных времен.
Покраснело от молчания мертвых:
безмолвный обет наших Предков.
Покраснело от укусов солнца:
бесконечен сон латеритов [177] Латериты — глиноподобная кирпично-красная или бурая порода, характерная для некоторых африканских ландшафтов и Мадагаскара. ,
Мадагаскар!

И сам ты, Остров,
попавший в сети пассатов,
кажешься красным,
Мадагаскар!
Нерушимый Маяк
над частыми зубцами рифов.
Рейд в конце путешествия:
зачарованная гавань утра!..

Остров,
безумный, безумный творец,
ласкающий, лежа на гладкой поверхности,
полог минующей ночи
в бесконечном ритме планет.

В старой болотной траве
разъяряется красный рак:
прямиком к своему истоку
стремится божественная река.

Твоя долгожданная доля
выплеснется из темных глубин.
Крутые повороты дорог
выведут на твой исконный путь,
Мадагаскар!

Вновь расцветут орхидеи
вдоль троп Менабе [178] Менабе — местность на западе Мадагаскара. .
Розы вновь разгородят
красные уступы синих гор.

Лесные горлинки Иманга
заворкуют веселыми голосами.
И появятся зеленые ветки
саондры [179] Саондра — лотос. в прекрасную пору весны!

Море, не доверяя
гвоздичным деревьям Манамбии [180] Манамбия — название реки и местности. ,
объявит вселенское право
нескончаемому диалогу!

О возрождающееся великолепье Зари —
чьи очи поддержат твое сиянье?
Кто споет
безымянный апофеоз?

Ведь будут мертвы пророки,
будут мертвы гадатели;
задушены гордые мужи;
задушены все предтечи;
замкнуты уста поэтов!

Но кто же, кто же споет?
Остров,
кто споет Апофеоз Высокого Дня,
жгучий итог своего бытия?

Кто же, кто же споет?

Какой смертный с высоким челом
познает чистейший луч Света,
желанную ласку,
так давно ожидаемый поцелуй,
объятья невидимых рук?

Одно слово,
Остров,
одно только слово!

Слово, рассекающее молчаньем
веревку, стягивающую твою шею.
Слово, развязывающее петлю
на повешенных с искаженным лицом!

В утробе матери
заворочается зачатый;
в каменных недрах
запляшут усопшие.

И Мужчины и Женщины,
и живые и мертвые,
и растенья и звери —
все, задыхаясь, узнают друг друга
в магических рощах,
там,
в центре веселья.