Марк Луцкий - Сборник произведений

Лиону Измайлову, автору книги "ОбЪезд по кривой"

Обожаемый страной,

Близкий юморному трону,

Он объехал по кривой

от Измайлова к Лиону.

Алле Иошпе и Стахану Рахимову

Могуч их творческий союз,

Семья не знает катаклизма.

Прочнее нет на свете уз

Ислама и иудаизма.

А. Лившицу и А. Левенбуку, бывшим ведущим «Радионяни»

То была прекрасная затея:

С песнями и массою улыбок

Объясняли детям два еврея,

Как писать по-русски без ошибок.

Аркадию Райкину

Он был любимцем общечеловеческим

И выступал, как настоящий гранд.

В любом из залов (и особо в греческом!)

Сверкал его блистательный талант.

Константину Райкину

Бог дал ему лицо-типаж,

Чуток подправь - и будет шарж.

Семену Фараде, комику

Встреча с ним – почти всегда награда,

С юных лет запомни навсегда:

Единица емкости – фарада,

Единица смеха – Фарада!

Геннадию Хазанову

Какой актер! Какая техника!

И удивляется народ:

- Закончив только кулинарный техникум,

Академических достиг высот!

Владимиру Шаинскому

У многих очарована душа

Триумвиратом этим исполинским,

Прославлена в музЫке буква "Ша"

Шопеном, Шостаковичем, Шаинским.

Бронзовые деньги – талисман,

Помним их доныне котировку:

Опустил копейку, и в стакан

Автомат отпустит газировку

Без сиропа. А опустишь три,

И, конечно, будешь не в накладе:

Здесь – лимонный, а левей, смотри –

Грушевый! Как будто на параде!

Две копейки – это разговор

Телефонный на углу квартала:

- Ну, куда же ты пропал, Егор?

Я тебя у Люськи ожидала!

А в метро поможет пятачок,

Он откроет створки турникета,

И уходит поезд в марш-бросок

От Кремля до Университета.

Годы просочились, как вода,

Или закружили их метели?

Где вы, годы юные, когда

Бронзовые деньги вес имели?

Аркадию Арканову, врачу и литератору

Как литератор – повесть, стих

Способен сотворить на славу,

Как врач – он курит за троих,

Наверное, на зло Минздраву.

Александру Аскольдову, режиссеру фильма «Комиссар», долго пролежавшему на полке

Фильм, наконец, увидел кинозал,

Полегче, значит, время наступило.

А мы отметим – «Комиссар» не стал,

По счастию, «Аскольдовой могилой».

Александру Володину, автору киносценариев «Мать Иисуса», «Дочки-матери», «Старшая сестра»

Легко, непринужденно показал

В семейных отношениях сноровку,

Да вот пока что не увидел зал

Племянников, своячениц, золовку…

Марку Галлаю, летчику, писателю, ученому

Заметим прямо, (к чему ремарки?),

Что этот Марк – высокой марки!

Юрию Герману

Судьба успехами одАрена,

Писатель отличился снова,

Став тезкой Юрия Гагарина,

И тезкой Германа Титова.

Науму Гребневу

Он сохранял задор и пыл

Среди чужих дворцов и сводов.

Поэт всю жизнь прекрасно плыл

На гребнях волн чудесных переводов.

Даниилу Данину, автору книг о великих ученых

Влюблен в науку, знает твердо,

Что не напрасно на физфак ходил.

Ну кто бы знал Э. Резерфорда,

Когда б не Данин Даниил?

Иосифу Игину, автору книги шаржей «Веселый вернисаж»

Да, обладает веской историчностью

Прославленный «Веселый вернисаж»,

Ведь нужно было быть заметной личностью,

Чтобы попасть ему на карандаш!

Владимиру Спивакову, руководителю популярного оркестра «Виртуозы Москвы»

«Виртозов» любят, почитают,

Но слышна претензия молвы,

Что они, увы, предпочитают

Выступать подальше от Москвы.

Евгению Шварцу

Презрев рогаток изобилие,

Сумел взойти на пьедестал.

Такая черная фамилия,

А сказки светлые писал!

Леониду Якубовичу, ведущему телеигры «Поле чудес»

Аж со школьной парты я

Помню этот клич:

«Есть такая Партия!» -

Восклицал Ильич.

И, багров, как клюква,

Шибко знаменит:

«Есть такая Буква!» -

Леонид кричит.

1

Поэту предначертаны судьбой

И «вечный бой», и вечная забота,

В рассвет и полночь – адская работа,

Бессрочный опыт над самим собой.

Как много жизней уместить в одной?

И превзойти хоть в чем-то Дон Кихота?