Так посетим же Сянъян {50} 50 Сянъян — город в северной части царства Чу.
, друзья,
В первый погожий день.
За чаркой вина, как Почтенный Шань {51} 51 Почтенный Шань — намек на генерала эпохи Цзинь — Шань Цзяна. Войска генерала были расквартированы в районе Сянъяна, и генерал часто приходил в Сянъян любоваться его красотами и пил там вино.
,
Полюбуемся далью речной.
ВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ АКАД. Н. И. КОНРАДА
Гуляю у храма Сянцзисы {52} 52 Здесь и далее переводы и комментарии акад. Н. И. Конрада воспроизводятся по изданию: Три танских поэта / М.: ГИХЛ, 1960. — Прим. сост.
Не знаю, где храм Сянцзисы.
Прошел уже несколько ли, вступил на облачную вершину.
Старые деревья… Тропинки для человека нет.
Глубокие горы. Откуда-то звон колокола.
Голос ручья захлебывается на острых камнях.
Краски солнца холодеют среди зелени сосен.
Вечерний сумрак. У излучины пустынной пучины
В тихом созерцании отшельник укрощает ядовитого дракона.
В этих стихах рисуется картина, характерная для мест, где обычно располагаются уединенные буддийские обители. Дорога в гору идет через лес из старых, высоких деревьев. Тропинка совсем исчезает. По каменистому руслу бежит горная речка, и ее голос как бы захлебывается среди камней. Для усиления настроения поэт погружает все в вечерний сумрак, вводит звук отдаленного удара колокола. И вот среди всего этого — человек. У излучины реки над омутом видна одинокая, неподвижная фигура человека, сидящего в позе, которую обычно принимают при размышлении. Видимо, этот человек, возможно монах из обители, укрощает своей мыслью злого дракона — того дракона, который гнездится в пучине, а может быть, того же дракона, только таящегося в его собственной душе? Человеческая фигура сразу же придает всему пейзажу особый смысл. Картина, нарисованная стихами, оказывается законченной.
Я. И. Конрад
В пустынных горах опять прошел дождь.
Наступил вечер. Осень.
Ясный месяц светит среди сосен.
Прозрачная речка бежит по камням.
Бамбуки зашумели: идут домой женщины, стиравшие белье.
Зашевелились кувшинки: плывут назад челны рыбаков.
В китайской пейзажной живописи есть прием, называемый дяньцзин — «внесение чего-то в пейзаж». Если рисуют горы, в горный пейзаж вводится фигура человека; если рисуют сосны, в пейзаж вводится изображение камня, скалы. Считается, что это придает полноту и законченность изображению. Ван Вэй-поэт перенял этот прием в своей пейзажной лирике, соединяя природу с человеком.
Н. И. Конрад
ВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ А. И. ГИТОВИЧА
ИЗ СТИХОВ «ДОМ ХУАНФУ ЮЭ В ДОЛИНЕ ОБЛАКОВ»
1. У потока в горах, где поет птица {53} 53 Здесь и далее переводы А. И. Гитовича воспроизводятся по изданию: Ван Вэй. Стихотворения / М.: ГИХЛ, 1959. — Прим. сост.
Цветы опадают,
И горный поток серебрится.
Ни звука в горах
Не услышу я ночь напролет,
Но всходит луна
И пугает притихшую птицу,
И птица тихонько
Тревожную песню поет.
У друга в доме
Ширма слюдяная
Обращена к цветам,
К деревьям сада.
В нее вошла природа,
Как живая,
И оттого
Рисунка ей не надо.
Покидаю Цуй Син-цзуна {54} 54 Цуй Син-цзун — друг и родственник поэта. Ему посвящен целый ряд стихотворений Ван Вэя. (тут и далее прим. Г. О. Монзелер, пока не указано иначе)
Остановлены кони.
Сейчас — «разлучим рукава» {55} 55 …«разлучить рукава». — Расстаться.
.
О ночной холодок
Над ночным знаменитым каналом! {56} 56 …знаменитый канал (или Императорский)… — канал, подводивший воду к дворцам в столице Чанъань с горы Чжуннаньшань.
Горы ждут впереди.
Под луною сияет листва.
Но тебя покидаю
Печальным, больным и усталым.
К портрету Цуй Син-цзуна {57} 57 Цуй Син-цзун — см. выше.
По памяти
Нарисовал я вас, —
И наша юность
Оживает снова.
Пусть новые знакомые
Сейчас
Не старого увидят —
Молодого.
Когда Цуй Син-цзун отправляется в горы Наньшань {58} 58 Горы, Наньшань или Чжуннаншань находятся в современной провинции Шэньси.
, я пишу экспромт и вручаю ему на прощанье
Читать дальше