Лев Сорокин - Рябиновые зори

Дай мне руки,
  дай губы,
  дай мысли заветные,
Ничего от меня не таи.
Я хочу,
  чтоб утрами,
  как дали рассветные,
Мне глаза открывались твои.
Я хочу в круговерти
  твоей ежедневности
Быть хотя бы по часу вдвоем.
Я хочу,
  чтоб цепная реакция нежности
Начиналась бы в сердце твоем.
Пусть взрывается нежность,
Ломает сомнения
И сближает округлости плеч!
Я хочу продолжения,
Нет, повторения,
Помнишь, тех,
Самых первых
Улыбчивых встреч!

Жизнь бурлит океаном,
И в жизни случается —
Чье-то сердце,
Как порт,
Принимает меня.
Но уже через день
Горизонт закачается,
Отступая и ширясь,
Зовя и маня.
И опять
Я смотрю —
Маяки зажигаются
У другой незнакомой
Судьбины — земли…
Только есть
Порт прописки,
К нему возвращаются
Все равно
Отовсюду
Его корабли.
Никакими ветрами,
Тайфунными путами
Их нельзя повернуть,
Их нельзя удержать.
Так приписан и я.
И любыми маршрутами
Возвращаюсь к тебе я
Опять и опять.

Спешат хозяйки в магазины,
С женой прощается пилот,
И «скорой помощи» машина
Тревожно стынет у ворот.
На горку втаскивают сани,
А из такси берут багаж.
И переполнен голосами
Любой подъезд,
Любой этаж.
И отгоняя тихий вечер,
Из окон рвутся джаз
  и Григ…
Все в миг один:
Разлуки,
Встречи,
Последний вздох
И первый крик.
Вот двое в свадебном наряде —
Нет никого счастливей их,
Не замечают тех, кто рядом:
Весь мир сейчас
для них двоих.
Но горе общее нагрянет,
Иль радость общая придет,—
И вот уже исчезли грани,
И превратились мы
  в народ!

Признанья свои
мы писали на стенах,
И мне вспоминается вновь,
Что в сумме сложения
  «Лева плюс Лена»
Всегда получалась
  «Любовь».

А дома страшились сказать мальчуганам,
Что бредит любовью Земля,
И прятали мамы от нас Мопассана,
А мы добывали Золя.

А позже,
  ботинки начистив до глянца,
Дней двадцать примерно
  подряд
Упорно у стенки стояли на танцах:
— А ну их, мол, этих
  девчат!

Но снились,
  но снились
  мальчишкам
  девчонки,
И, страх непонятный тая,
Однажды под ручку со школьницей тонкой
Прошелся по городу я…

И нынче смотрю:
  все исписаны стены!
Их пачкает рыжий сосед.
Поймать бы его!
Да племянница Лена
Глядит ему ласково вслед.

Осудят меня педагоги —
  что делать? —
Но я не замедлил шагов:
Писалась великая формула
  мелом:
«Елена плюс Коля = Любовь».

Наступила с первыми ручьями,
С грохотом ломающихся льдов,
С гулкими бессонными ночами
Первая мальчишечья любовь.

Робкая, как зорька на рассвете,
Резкая, как ранняя гроза…

В клетчатое платьице одета,
Встретилась девчонка-егоза.

Хоть никто с девчонкой не знакомил,
Я ее у школы ожидал
И от самой школы и до дома
Преданно ее сопровождал.

А она презрительно подружкам
Громко повторяла каждый день:
— Это что за рыцарь в конопушках
Ходит-бродит всюду,
  словно тень?

Что еще сказать о мальчугане
С россыпью веснушек на носу?
Я ж молил:
— Придите, хулиганы,
Я от вас девчонку ту спасу.

Я недаром выжимал гантели
Иногда почти по двадцать раз!..

Только хулиганы не хотели
Обращать внимание на нас…

Одноклассницы, старшеклассницы,
Мы грустили,
  глядя на вас.
Подчеркнув между нами разницу,
Вы вплывали павами в класс.
Каблучки вас делали выше,
Сразу женственней
  и стройней.
Ну а мы
  никак
  из мальчишек
Не вытягивались в парней.
Были брюки у нас немодные,
Заправлялись они я пимы,
Песни пели мы все походные,
А фокстротов не знали мы.
А о чем говорили с ветрами,
Рассказать не рискнули вам:
Вы, списав у нас геометрию,
На свидание шли к чужакам.
Только что мы с жизнью поделаем?
Одноклассниц
  встретишь сейчас,
И грустят эти женщины зрелые,
Что влюблялись
  совсем
  не в нас!

Девушка косынку нервно теребит,
Девушка влюбленному парню говорит:
— Нынче, понимаешь,
Ну, просто не могу,
Завтра, понимаешь,
Я к тете побегу.
В среду, понимаешь,
Нужно на урок…