Дмитрий Дашков - Поэты 1820–1830-х годов. Том 1

Но речи, чуждые для слуха,
Но рощи лавров и олив,
Тень кипариса, солнце Юга,
Фосфором искристый залив
Мысль поэтически возносят,
Туда в мечтаньях переносят,
Где ярче блещут и горят
Созвездия на черном своде,
Где страсти знойные кипят
Всежгущей лавою в народе;
Где царство дивной красоты,
Где круглый год весна, цветы,
Где в темные часы ночные
При шуме сребряных ключей
Льет песни страстные, живые
Любовник розы — соловей.

Природы чистой, непорочной
Всё здесь устроено рукой,
Всё дышит негою восточной,
Восточной блещет красотой;
Всё здесь проникнуто, согрето
Лучами юга, всё живит
Роскошно-пламенное лето
И наслаждением томит.

Когда ж не странником минутным
Тебя, Таврида, посещу,
Твоим горам, скалам приютным
Поверясь, счастие сыщу?
Когда покину свет лукавый,
Цепь принуждений разорву,
Рассею ложный призрак славы
И век свой в мире доживу!

Шуми, поток! стрелой несися!
С скалы гранитной и крутой
Отважно падай и дробися
Жемчужной, сребряной росой!

Души вниманьем углубленный,
Люблю немолчных вод однообразный шум!
Твоей гармонией плененный,
Питаю пламень чистых дум.

Не скован в мраморной темнице,
Под сводом золотым в чертогах не журча,
Ты не ласкаешь слух усталый богача
Или седой порок в парче и багрянице.

На персях матери своей,
Природы верный сын, свободный, силы полный,
Пустынные ты катишь волны
Во глубину морских зыбей.

Твоя прозрачная и свежая наяда
Дарит прохладой лес, священный и немой,
И жажду пламенную стада
Поит студеною струей.

Усталый путник отдыхает,
Тобою сладко обаян,
И, уходя, благословляет
Гостеприимный твой фонтан.

Внимательный и на руку склоненный,
В своих задумчивых мечтах
Тебя приветствует пловец уединенный,
Несомый вдоль брегов на легких парусах…

Под крыльями парящей непогоды
С двойною силою кипишь, поток седой!
И, с морем соглася свой дикий вопль и вой,
Ты празднуешь гремящий пир природы.

Когда ж в полуденных лучах
Царь дня среди небес безоблачных сияет,
Тирански властвуя на суше, на водах,
До полюсов лицо земли воспламеняет, —

Играя в радугах и пышно озарен,
Очам являешься ты лентой изумрудной;
Уединенный, дикий, чудный —
Ты гением страны любим и охранен.

Свет трона солнцева в кристалле вод разлился,
И в зеркале твоем луч знойный притупился;
И впечатлел зефир на лоне быстрых струй
Благоуханный поцелуй…

Но некогда твои струи багрились,
Окрест пылал воинственный пожар,
И русской кровью здесь упились
Кинжалы мстительных татар.

Глубокая волна их трупы поглотила;
Но гибель их стократ победа искупила!
И ныне уж в полдневный зной
Татарин мирный и беспечный,
Обвеян негою в тени дерев густой,
На русской спит земле под шум и говор твой…

Шуми, поток! стрелой несися!
С скалы гранитной и крутой
Отважно падай и дробися
Жемчужной, сребряной росой!

Перед тобой воспоминанье
Свежит о сих странах заветное преданье:
На них означены свободные бразды
Корыстной Греции или римлян труды.

Торговли урну здесь вращала
Властолюбивая рука венециян
И в недра европейских стран
Рекой сокровища Востока проливала.
Здесь гордо развевал, морями овладев,
Адриатический их лев.

Завидуя стране обильной и прекрасной,
Неся с собою рабства плен,
По ней прошли толпы враждующих племен, —
Их след кровавый и ужасный
На почве Таврии глубоко впечатлен.

Но победителей и побежденных
Забвенью равному здесь кости преданы;
И на могилах безыменных,
Густой травою заглушенных,
Спит гений темной старины…

Увы! среди тревог и суетных волнений
Потоком времени народы протекут,
И волны новых поколений
Покроют землю — и пройдут!

Ничтожества в густом тумане
Так гибнет легковерный свет,
Как исчезает в океане
Бегущих струй минутный след!

Шуми, поток! стрелой несися!
С скалы гранитной и крутой
Отважно падай и дробися
Жемчужной, сребряной росой!