Генрик Ибсен - Драмы. Стихотворения

Грегерс (понизив голос). Что отец твой теперь?

Ялмар.Не будем говорить об этом , дорогой мой. Мой бедный, несчастный отец, конечно, живет у меня. Больше у него ведь и нет никого на свете, у кого он мог бы жить. Но, знаешь, мне невыносимо тяжко говорить об этом. Расскажи лучше, как тебе жилось там, на заводе.

Грегерс.Чудесно, — полное уединение, можно было вволю думать и размышлять о многом и многом… Иди сюда, устроимся поуютнее. (Садится в кресло у камина и усаживает Ялмара в другое, рядом.)

Ялмар (растроганно). Тебе, во всяком случае, спасибо, Грегерс, за то, что ты пригласил меня отведать хлеб-соли у твоего отца. Теперь я вижу, что ты ничего больше не имеешь против меня.

Грегерс (с удивлением). Откуда ты взял, что я имел против тебя что-нибудь?

Ялмар.Ну, в первое время все-таки имел.

Грегерс.В какое первое время?

Ялмар.После того крупного несчастья. Оно и понятно… с твоей стороны. Ведь и твоего отца чуть-чуть не втянули тогда в… во все эти ужасные истории.

Грегерс.Так поэтому я должен был сердиться на тебя? Кто тебе вбил это в голову?

Ялмар.Да уж я знаю, Грегерс. Твой отец сам мне говорил.

Грегерс (пораженный). Отец! Вот что! Гм… Так это потому ты с тех пор ни разу и не дал мне знать о себе… ни единым словом?

Ялмар.Да.

Грегерс.Даже когда решил стать фотографом?

Ялмар.Отец твой говорил, что лучше не писать тебе ни о чем.

Грегерс (глядя перед собой в пространство ). Да, да, пожалуй, он был прав… Но скажи мне теперь, Ялмар… доволен ли ты своим положением?

Ялмар (слегка вздохнув). Да-а, в сущности, не могу пожаловаться. Сначала-то, как можешь догадаться, мне немножко было не по себе. Совсем ведь в иные условия жизни попал. Да и вообще все пошло по-иному. Это крупное несчастье с отцом, разорение… стыд и позор, Грегерс…

Грегерс (содрогаясь). Да-да, да-да.

Ялмар.Нечего было и думать продолжать образование. У нас ни гроша не осталось. Напротив. Даже еще долги обнаружились. Главным образом твоему отцу, кажется…

Грегерс.Гм…

Ялмар.Ну, я и рассудил, знаешь, что лучше всего разом порвать со всеми старыми связями и отношениями. Это особенно советовал мне твой отец. А так как он выказал такую готовность поддержать меня…

Грегерс.Отец?

Ялмар.Да, ты же знаешь. А то откуда бы мне было взять денег, чтобы изучить дело и открыть фотографию? Это ведь недешево стоит.

Грегерс.И на все это дал денег отец?

Ялмар.Ну да, мой милый. Или ты не знаешь? Я так его понял, что он обо всем писал тебе.

Грегерс.Ни единого слова о том, что это он все устроил. Забыл, должно быть. Мы с ним вообще обменивались только чисто деловыми письмами. Так, значит, это отец все!..

Ялмар.Конечно; он только не хотел, чтобы люди об этом знали. Но это был он. Он дал мне возможность и жениться. Или… ты и этого не знал?

Грегерс.Нет, и этого не знал. (Потрепав его по плечу.) Дорогой Ялмар, я не могу тебе высказать, как все это меня радует… и мучит. Пожалуй, все-таки я был несправедлив к отцу… в некоторых отношениях. Выходит, что у него есть сердце. Не пропала, как видно, совесть…

Ялмар.Совесть?!

Грегерс.Ну да, назови, как хочешь. Нет, право, я даже слов не нахожу выразить, как меня радует все, что ты сейчас рассказал мне об отце… Так ты женат, Ялмар. Это больше, чем мне когда-нибудь удастся достигнуть. Ну, надеюсь, ты счастлив в браке?

Ялмар.И еще как! Такая славная, дельная женщина, что лучше и желать нельзя. И не то чтобы уж совсем необразованная.

Грегерс (несколько удивленно ). Ну, конечно.

Ялмар.Знаешь, сама жизнь воспитывает. Ежедневное общение со мной… И еще у нас бывает кое-кто — люди даровитые… Право, ты бы и не узнал теперь Гину.

Грегерс.Гину?

Ялмар.Да, милый мой, или ты забыл, что ее зовут Гиной?

Грегерс.Кто, кого зовут Гиной? Я ведь и не знаю вовсе…

Ялмар.Неужто ты не помнишь, что она одно время служила здесь в доме?

Грегерс (глядя на него). Так это Гина Хансен?..

Ялмар.Разумеется, Гина Хансен.

Грегерс.Которая вела здесь хозяйство последний год, когда мать слегла?

Ялмар.Вот, вот. Но, дорогой друг, я же знаю наверное, что отец твой писал тебе о моей женитьбе.