Есть и другие примеры. Марк Аврелий, правитель громадной Римской империи, и его распутный сын Коммод явили миру противоположные облики. Отец – титан, оставшийся в истории великим философом и успешным императором; сын – презренный и убогий душой гладиатор, тащивший империю в бездну до тех пор, пока не был убит своим же ближайшим окружением. Как отец и сын оказались столь разными? Марк Аврелий родился в сенаторской семье, и хотя его отец умер рано, прадед Катилий Север дал внуку прекрасное образование, пригласив к ребенку домашних учителей. Это был удачный ход, потому что наставники сумели увлечь юное создание своими идеями. Старик не жалел ни средств, ни сил, ни искреннего внимания, воспитывая мальчика. Получая домашнее образование, общаясь с определенным кругом людей, будущий император был огражден от влияния чувств. Именитые философы с деликатной настойчивостью сформировали интересы и устремления будущего автора бессмертных размышлений «Наедине с собой». «Его юность протекала среди сельской природы; под наблюдением Фронтона он занимался изучением латинской риторики. Однажды философ Юний Рустик дал Марку из своего книгохранилища «Разговоры» Эпиктета. Эта книга сделала его стоиком. […] Вопросы долга и нравственности были единственными, которые волновали и захватывали всю его душу», – так описывает становление философа-императора Дмитрий Мережковский. Что ж, Марк Аврелий с юности жил аскетом, избегая всего показного, размышляя о целях бытия и собственной миссии. Он так рьяно исполнял требования воздержания (укладываясь спать на голые доски с «глазами, утомленными работой»), что мать умоляла его воспользоваться хотя бы звериной шкурой во время сна. Потом, много лет спустя, он, презирая войну, исполнял долг полководца, и даже тут удача ему сопутствовала. «Народ его боготворил, несмотря на то, что император не делал черни ни малейших уступок, никогда не искал ложной популярности!» – дает оценку Мережковский. Но, как это часто бывает, достойно исполняя долг правителя, следуя миссии философа, выдающийся человек оказался несостоятельным в исполнении отцовского долга, возможно, не менее важного. Конечно, тут были и психологические причины: его отец умер рано, не научив роли родителя. Философия уводила Марка Аврелия в сторону от мирского, к поиску своей миссии и ответам на ключевые вопросы бытия. Возможно, он слишком разуверился в людях, уйдя в глубины своего «Я». Так или иначе, его любимый сын рос совсем в другом окружении – с неограниченной свободой, с неутолимыми желаниями испробовать все, с полным отвержением знаний и необходимости мыслить, принимая решения. «Это был его ребенок – кровь от крови, плоть от плоти: он узнавал свои черты в чертах бессмысленного атлета с молодым, цветущим телом, с кровожадным сердцем. Марк Аврелий, возлагавший последнюю наивную надежду на воспитание, окружил Коммода знаменитейшими учителями философии и морали. Тот слушал их, по выражению Ренана, как слушал бы молодой лев, зевая и показывая острые зубы. Наследник Марка Аврелия чувствовал себя вполне комфортно только среди мимов, наездников цирка и гладиаторов, которых он превосходил силой и грубостью». Судьба посмеялась над философом – он просто упустил время, когда первое окружение уже испортило ребенка, потакая ему во всем, и последующие усилия отца были тщетны. Марк Аврелий не смог сдерживать негативные раздражители, действующие на низменную природу личности сына.
В итоге, Комод, став императором, практически не занимался государственными делами, предаваясь развлечениям и разврату. И оставил по себе лишь сомнительную славу буяна, который на глазах народа дико хрипел, убивая хищных животных, превращаясь в самого отъявленного зверя. Немудрено, что по возрасту он пережил Нерона всего на год и на три года – безумного Калигулу, точно так же убитого недовольным окружением.
История Древнего Рима поучительна в первую очередь тем, что показывает, как окружение формирует систему ценностей. На этих примерах отчетливо видно, что ориентиры на те или иные жизненные ценности в итоге становятся для проявления личности более важными, чем ориентиры на знания и форму деятельности. А учителя в жизни того же Марка Аврелия выступили не столько носителями знаний, сколько пропагандистами определенного способа жизни и мировоззрения. И именно через социальные установки учителей возникла потребность в новых знаниях, а вслед за этим и формирование определенного образа жизни. Личность вышла в мир как качественный продукт своего окружения. Тут любопытна и роль матери: понимая позитивную силу и направление воздействия окружения, она, любя сына, поддерживала его, не мешая окружению действовать.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу