– Вещей после него почти не осталось, – продолжал отец, – ребята, как водится, взяли себе кое-что на память, а я вот эту вещицу.
Отец протянул мне коробку из-под леденцов. В ней что-то звякнуло. Я открыл ее. Внутри лежали две монеты, очень похожие на те, что были из моего клада. Смутная догадка мелькнула в моей голове. Я вспомнил последние слова деда, сказанные им при расставании, и понял, что передо мной, скорее всего, монеты из того клада, который уже никогда не будет найден. Мне подумалось, что и первый-то мой клад был найден, по всей видимости, не случайно. Наверное, об этом догадался и отец, но по молчаливой договоренности мы никогда не говорили об этом.
Спустя несколько лет, когда я стал уже постарше, и мне разрешалось с другими ребятами ходить в дальний лес к Донцу, мы оказались возле старой каменоломни, в тех местах, где когда-то мы пили чай с отцом и дедом Макаром. В шалаше никто не жил. От времени и без должного ухода он совсем обветшал и практически развалился. У берега видна была затонувшая лодка, исчез стол на поляне, и только ручей журчал так же деловито, как и несколько лет назад.
У каменоломни все осталось без изменений: пруд с лягушками, темнеющие отверстия штолен и невысокий холм, покрытый подогнанными друг к другу камнями. Между ними усиленно пробивалась трава, стирая его искусственное происхождение.
Я сразу же направился к раскидистому дубу, росшему у входа. У его подножья на невысоком холмике лежала плоская плита почти правильной шестигранной формы. Мне вдруг вспомнилось то видение, которое возникло накануне грозы в моем воображении, когда я лежал в лодке, глядя на струящуюся воду: огромное дерево, плоский светлый камень и клад, лежащий под ним. На стволе топором была вытесана плоскость в форме овала с надписью: «Портнов М. В. – 09. 08. 1890 – 13. 09. 1958 г.г.». Я поднял голову, и мой взгляд остановился на той штольне, куда водил меня дед Макар. Теперь вход в нее был основательно завален крупными камнями. Настолько крупными, что я знал лишь одного человека, способного совершить такую титаническую работу. Это мог быть только дед Макар.
Зачем он это сделал? И не после такой ли работы не выдержало его сердце? И что означала та надпись в замурованной пещере: «Вера, жаль, что так вышло. Не жди. Портнов М. В.»? Кому, и по какой причине она была адресована?
Прошло много лет с тех пор. Они не принесли ответы на эти вопросы: нехватка времени, текущие проблемы, пресс обязанностей. Я, правда, выяснил, что сейчас над братской могилой расстрелянных в каменоломне военнопленных стоит скромный обелиск. «Солдатам, погибшим в Великой Отечественной Войне», написано на нем. Таким образом, заветное желание деда Макара исполнилось, и он, хотя бы по этой причине, может спать спокойно.
Невыясненной для меня осталась лишь тайна, которая до конца жизни привязала его к этому ужасному месту, к тому, что навечно осталось там, во тьме замурованной сырой штольни. Наверное, деду Макару было нелегко жить с этими воспоминаниями. Но наша память, слава Богу, обладает той особенностью, благодаря которой экстремальные ситуации, случающиеся на жизненном пути, со временем нивелируются, словно для того, чтобы человеческое сознание могло выдержать их совокупную тяжесть и не произошел бы непоправимый сбой в его работе.
Найденный же в лесу клад со временем как-то незаметно растаял, хотя небольшую часть его я недавно всё же нашел в старом родительском доме, перебирая книги на чердаке. Из одной из них, той, что рассказывала о пиратах Карибского моря, вдруг выпала монета с изображением, как мы тогда решили с дедом Макаром, профиля древней царицы. С помощью интернета я довольно быстро выяснил, что это тетрадрахма, то есть монета, изготовленная в Греции в I веке до нашей эры, а изображенная на ней царица есть никто иная, как богиня Афина Паллада.
Кроме того, из описания на сайте следовало, что она представляет собой довольно ценное нумизматическое приобретение. Рыночная цена монеты на настоящий момент составляет около полутора тысяч долларов. Но я никогда не выставлю ее на аукцион, а вместе с этой историей оставлю своим детям. Хотя, они, наверное, и без меня уже догадываются о том, насколько непроста окружающая их реальность, и какие непознанные глубины личной вселенной кроются в каждом из нас, пришедших в этот мир не по своей воле с тем, чтобы спустя жизнь перенести собственное сознание в иное, непостижимое для человеческого разума, измерение.
Днепропетровск, 23 апреля 2011 года
5. Седой Капитан, Белый Пингвин или муки любви
Читать дальше