Потом, упаковав мясо в рюкзак, я искупалась в речке, смыла кровь, оделась опять в белое и пошла на вокзал. Идя по дороге, я обернулась из-за странного чувства в спине. Вдоль речки километра на полтора, сколько хватало глаза, стояли люди, они повыходили отовсюду и смотрели мне вслед. Я тогда взмолилась: «Господи, что же я сделала? Дай мне знак – добро или зло?» Через минуту пошел дождь, такой приятный, теплый. Мне стало легче, но тревога росла. Потом, около вокзала, я встретила дедушку, такого веселого и довольно странного. В отличие от других деревенских стариков, он никогда не жаловался на жизнь, а наоборот, всегда веселился и шутил, хотя и немножко по-сумасшедшему. С самого детства у меня с ним какое-то особенное общение. Я не видела его давно, а тут он меня узнал и дал мне конфету. Хотелось его расцеловать. Тут пришел поезд, и я уехала.
Я не поехала сразу домой, а приехала к маме и позвонила друзьям, приглашая их на шашлыки. Мне очень нужна была поддержка, я чувствовала себя потерянной и обессиленной. Надо отметить, что мама как взбесилась. Я думала, что она чувствует, что я сделала некий акт против нее, против ее воздействия на меня, и потому так истерит, очень по-другому, чем обычно. Никаких шашлыков никто не делал. Мои друзья были потрясены. Один из самых близких потом рассказывал, что готов был прервать со мной отношения. Другие просто отошли. Я тут же поехала домой. Уже совсем не было сил, было тяжело тащить то мясо, которое я взяла. Никто не хотел мне помогать. Потом неожиданно один из друзей взял пакет у меня из рук и понес до автобуса. Я была ему благодарна за поддержку.
На следующий день начиналась мистерия. Мне показалось, что мой супруг не признал в этом поступке героического путешествия и соответственно не признал меня героиней. Он отнесся к этому как к чему-то обычному, типа «Ну, сделала – хорошо». Все мои стремления быть для него лучшей нейтрализовались. На этой мистерии он выбрал себе другую женщину, которой восхищался. И мысль о том, что я совершила ужасный поступок и глупость, не оставляет меня до сих пор.
Там, на мистерии, в один вечер мы пожарили мясо пса, и я рассказала всем эту историю. Я предложила отведать мясо тем, кто понял меня, а остальным воздержаться. Ели все, кроме одной женщины.
Я дорого заплатила за свой опыт.
Мюнхгаузен . Уже находясь в Германии, я был приглашен ландграфом Бранденбургским на бал-маскарад, где танцевал с одной очаровательной особой в маске испанки. Там же я увлек ее в беседку, обольстил, после чего она сняла маску…
Как-то на одной мистерии мы устроили занятие в совершенно Темной Комнате. Вот как было дело: весь день мы гоняли народ по горам, занимая постоянно и не давая познакомиться; к вечеру разделили мужчин и женщин, я занимался с мужиками типа войной и охотой, Витка с женщинами лелеяли свои красоты; а потом разными тропами, уже поздно ночью, мы свели наши воинства в маленьком домике. Где была полнейшая темнота: я постарался, заделал окна и т.п. И там я объявил час знакомства – только без слов.
За этот час в комнате много чего напроисходило, но сконцентрируемся на наших героях. Они оба лазали по всей площади, стараясь облапать всех, кого встречали. В смысле, телесно познакомиться. Причем Витка – женщина чувствительная и наблюдательная – знала и идентифицировала практически всех, кто там был. А вот ваш покорный слуга, человек, витающий в облаках или черт знает где, наоборот, совершенно не знал, с кем имеет дело.
Но Витку-то он узнавал? Да, конечно, Витку он пару раз узнавал. Они встречались, мило трепали друг друга по загривку, целовались в щечки и расходились опять.
Кто-то трахался по углам, было слышно.
Кто-то одиноко сидел, никого не подпуская.
И вот я встретил девицу, которая мне просто очень понравилась. Такая ладная и нежная. С нею мы помиловались, потом разошлись, а потом как встретились, так уже почти до конца ласкали друг дружку. Очень она была хороша. Жалко мне было объявлять конец этого часа. Но объявил в конце концов и еще сказал, чтобы расходились мы по одному с интервалами, и что кто хочет, пусть поменяет одежду или прочую внешность, прежде чем сесть за ночной обед.
Выхожу я из Тёмной Комнаты – а девица из головы не идет. Хороша, как хороша! А ведь люди-то все – вот они! Где же ТА? Вожу я туда-сюда головой, вычисляю. Не получается. Измененка сознания. Невнимательность.
Мне не спится. Уже после еды все почти разошлись, а я гуляю по ночному саду и мечтаю. Подходит Виточка и зовет меня спать. «Что, – говорит, – тревожит тебя, добрый молодец?» «Ах, – отвечаю, – скажу тебе всю правду. Встретил я в темной комнате девушку, которая очень уж мне понравилась. А кто это – ума не приложу!» «Да ты что, – говорит заинтересованная Витка, – ну-ка, расскажи!» И я ей рассказываю. Помню я разве что одежду (которую со своей любезной немного снимал). Витка не верит своим ушам. Говорит «Подожди!» и уходит в дом. А возвращается – в той одежде!
Читать дальше