Л Викторова - Монголы

Из верований и примет можно отметить, что кидани, как позже и монголы, считали белый цвет символом благосклонности небес и добрым предзнаменованием. Легенда, записанная в «Ляоши», сообщает, что, когда у Амбагяня родился сын (Дэ-гуан), в доме распространилось божественное сияние. В это время вернулись охотники и принесли белого оленя и белого сокола, которых они поймали, что было сочтено как благоприятное знамение небес. Когда император хотел проявить свое расположение, он одаривал сановников вышитым платьем, парчовыми кофтами и белой лошадью с седлом и уздой, украшенными золотом.

У киданей была также примета, что видеть во сне прилет в дом белой птицы предвещает приход приятного человека. Такая же примета существовала и у монголов в X—XIII вв. («Сокровенное сказание», § 63).

Верованиям и обрядам киданей, таким образом, были присущи те же черты, что и сяньбийцам. Они унаследовали и культ гор, связанный с культом предков. В отличие от Красной горы ухуаньцев, по поверьям киданей, духи их предков обитали на Черной (Северной) горе. Поэтому зимой на Черной горе в день солнцеворота приносили жертвы, в числе жертвенных животных обязательно была лошадь. Лошадь приносили в жертву и в том случае, когда в государстве возникала опасность [Васильев, 1857, с. 172, 192]. Лошадь была тотемным животным о чем говорит тот факт, что среди киданей было одно из пле-мен, носивших имя Морин (монг. лошадь). Кроме того, в легендах о киданях, записанных китайскими авторами, говорится; о том, что когда-то правителем киданей был Нохой (монг. собака), который якобы принимал человеческий облик только, после того, как ему в жертву приносили белую лошадь или пегую корову [Васильев, 1857, с. 191]. Осенью кидани исполняли; даже специальный обряд, связанный с собакой. Император, убивал белую собаку, голову которой зарывали в семи шагах от поставленной в южном направлении палатки. Через семь, дней палатку переносили на то место, где была зарыта голова собаки [Васильев, 1857, с. 191]. Этот обряд был также унаследован киданями от их предков'

У киданей существовал и такой обычай. Чтобы ребенок рос здоровым и благополучным, его не показывали посторонним и чернили лицо сажей. Такой обычай до недавнего прошлого бытовал и у монголов. Целью его было предохранить дитя от нечистой силы [Вяткина, 1960, с. 241].

Приведенные историко-этнографические параллели наглядно» свидетельствуют о том, что культура монголов впитала в себя много черт материальной и духовной культуры южной группы их этнических предшественников — киданей, а погребальный обряд киданей (временные погребения на деревьях) указывает на истоки культа деревьев, который до недавнего времени существовал и у монголов. Однако связь культа деревьев с культом; предков у киданей проявляется более отчетливо, чем у монголов.

Еще более убедительный материал для доказательства генетического родства монголов с киданями могли бы дать языковые параллели, если бы мы располагали связными текстами на киданьском языке. Однако имеющиеся эпиграфические ки-даньские памятники пока не дешифрованы. Поэтому исследователям приходится пользоваться киданьскими глоссами и сопоставлять их с данными письменных источников о языке киданей.

Л. Н. Рудов нашел около 30 слов в «Ляоши юйцзе» («Толкование [киданьских] слов, встречающихся в ,,Ляоши“») 8, которые фонетически полностью совпадают со словами из памятников квадратной письменности [Рудов, 1963, с. 93], написанных в XIII—XIV вв. на монгольском языке среднего периода. Язык квадратной письменности, как и язык киданей, относится к южной группе («чакающих») монгольских диалектов. В фонетическом отношении язык квадратной письменности характеризуется наличием инициального А, дифтонгами типа аи, ей и рядом других особенностей 9. О сходстве языка киданей с каким-либо из современных языков можно было бы судить более основательно по киданьским письменным памятникам 10. К сожалению, они представлены ныне забытой киданьской письменностью, составленной в 920 г. по инициативе Елюй Амбагя-ня. Творцами письменности киданей были киданьские ученые Тулюйбу и племянник императора Елюй Лубугу, создавшие большое киданьское письмо. Сын Елюй Амбагяня — Елюй Тэла создал второй вид письменности —малое киданьское письмо. Большое киданьское письмо состояло из тех же основных элементов, что и китайские иероглифы (штрихи и точки), но иначе сгруппированных [Стариков, Наделяев, 1964, с. 5, 6] п.