Там же. Т. 33. С. 125.
Скрынников Р.Г. Сибирская экспедиция Ермака. С. 83–84.
ПСРЛ. Т. 20, Ч. 1. С. 384. — Московская и другие летописи содержат только краткое сообщение о бегстве в Москву князя Федора Бельского.
Там же. Т. 25. С. 328.
ВОИДР. Т. Х. С. 82 и след.
ПСРЛ. Т. 20, ч. 1. С. 348.
Как показал К.В. Базилевич, в начале 80-х гг. русская дипломатия начинает активную деятельность по созданию союза против Ягеллонов, который мог бы способствовать борьбе за возвращение русских земель, захваченных Литвой и Польшей. Именно в этом плане следует рассматривать заключение в 1482 г. союза с Венгрией (ПСРЛ. Т. 25. С. 329) и сближение с Молдавией.
ДДГ. № 72, 73. С. 252–275; Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы. М., 1948, ч. 1. С. 162–175.
ДДГ. № 69. С. 225; № 70. С. 232.
Там же, № 72. С. 264.
В пользу этого говорит обычная клаузула духовных и договорных грамот со времен Дмитрия Донского: «…а переменит Бог Орду, и который… возмет дань на своем уделе, то тому и есть» (ДДГ. № 12. С. 36). Это означает, что «выход» с уделов в условиях конца XV в. не поступал в государственную казну.
ДДГ. № 12. С. 35.
Там же, № 73. С. 272.
Там же, № 69. С. 226.
В одном из черновиков договора с Андреем Углицким в качестве пожалования великого князя фигурировала Калуга ( Черепнин А.В. Русские феодальные архивы. Ч. 1. С. 172). В этом черновике отразился первоначальный проект великого князя, сформулированный в апреле 1480 г. (третье посольство).
В литературе, как дореволюционной, так и советской, распространено мнение, что великий князь не выполнил обещаний, данных братьям во время переговоров (см.: Пресняков А.Е. Иван III на Угре // С.В. Платонову ученики, друзья и почитатели. СПб., 1911. С. 297; Базилевич К.В. Внешняя политика… С. 222; Лурье Я.С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV — начала XVI в. М.; Л., 1960. С. 52). Как можно судить по летописным данным и по черновым проектам докончаний, изученным Л.В. Черепниным, во время переговоров реально обсуждались территориальные вопросы, а не принципиальное положение удельных князей. В этом вопросе московское правительство, по-видимому, не шло (да и не могло пойти) ни на какие уступки.
ДДГ. № 74. С. 275–277. — Грамота составлена между концом марта 1480 г. (по упоминанию князя Юрия Ивановича, родившегося 23 марта) и концом марта 1481 г. (по упоминанию архиепископа Вассиана, умершего 23 марта 1481 г.), скорее всего не ранее октября 1480 г. (конец феодального мятежа). По мнению Л.В. Черепнина, «самой вероятной датой завещания следует признать февраль 1481 г.» — по связи текста духовной с февральскими докончаниями ( Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы. Ч. 1. С. 180). По мнению А.А. Зимина, духовная была составлена около 12 августа 1479 г., когда больной князь Андрей присутствовал на освящении Успенского собора ( Зимин А.А. О хронологии духовных и договорных грамот великих и удельных князей XIV–XV вв. // Проблемы источниковедения. М., 1958. Вып. VI. С. 317). Однако эта датировка противоречит упоминанию в духовной князя Юрия Ивановича: «А великого князя сыну, князю Юрью, даю икону…» (ДДГ. № 74. С. 276).
Перемены в реальном положении удельного князя после Угры уловлены А.Е. Пресняковым, подчеркнувшим, что процесс подчинения удельных князей «с уничтожением их значения как князей владетельных» получил «сильный толчок вследствие событий 1480 г.» ( Пресняков А.Е. Иван III на Угре. С. 298). Л.В. Черепнин тоже отметил, что «после поражения Ахмата великий князь более решительно вмешивается в завещательные распоряжения князей Московского дома» ( Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы. Ч. 1. С. 183). Но речь идет не только о вмешательстве, но и о ликвидации суверенитета удельных князей.
Семенченко Г.В. Кредиторы удельных князей Московского дома в конце XV — начале XVI в. // Вопросы истории. 1982. № 11. С. 84–94.
АСВР. Т. I. № 56. С. 127.
ДДГ. № 89. С. 358; см. также: Семенченко Г.В. Кредиторы удельных князей… С. 88, примеч. 28.
Веселовский С.Б. Исследования… С. 446 и др.
ДДГ. № 89. С. 361; Семенченко Г.В. Кредиторы удельных князей… С. 85, 94.
Читать дальше