Сергей Дашков - Юстиниан

Под влиянием Иоанна в 531 году была проведена реформа государственного имущества, завершившаяся тем, что с этого момента собственность фиска (казны) и императорская уже не различались.

Вторым направлением экономических реформ Иоанна было установление монополий на те или иные товары. Императоры прошлого применяли эту практику, однако к Юстинианову времени она сошла на нет. Помимо монополий на шелк и производство пурпурных тканей Прокопий говорит о хлебе: «Но я скажу, что он (Юстиниан. — С. Д .) все время жесточайше грабил при продаже хлеба, не покупать который не могли ни ремесленники, ни бедняки, ни пораженные всяческими недугами люди. Для того чтобы всякий год получать отсюда по три кентинария, он допускал, чтобы хлеб был дороже и полон золы. Ибо этот василевс без колебаний отваживался даже на столь нечестивое деяние позорного корыстолюбия. Те же, на кого была возложена эта обязанность, прикрываясь данным предлогом, заботились о собственной выгоде и легко достигали великого богатства. Невероятно, но постоянно, даже в урожайные годы они создавали для бедняков сотворенный человеческими руками голод, поскольку было строжайше воспрещено завозить зерно откуда бы то ни было, но все обязаны были покупать и есть этот хлеб» [463] «Тайная история». XXVI. См.: Прокопий . Войны. С. 331. .

Как и Иоанн Лид, Прокопий неоднократно упрекал Каппадокийца в том, что, экономя на всем, он буквально разорил государственную почту, прекратил выплаты за выслугу лет старым военнослужащим или чиновникам. С негодованием вспоминал Прокопий случай, когда стремление Иоанна к экономии стало причиной гибели многих во время вандальской войны: «Эпарх двора Иоанн был очень скверным человеком и настолько способным изыскивать пути для пополнения казны за счет людей, что я никогда не смог бы достаточно подробно сие описать. Но об этом я уже говорил и раньше, когда порядок моего повествования привел меня к этому. Здесь же я расскажу, как он погубил солдат. Хлеб, которым приходится питаться солдатам во время лагерной жизни, необходимо два раза сажать в печь и тщательно пропекать для того, чтобы он сохранялся как можно дольше, а не портился в короткий срок; выпеченный таким образом хлеб, естественно, становился более легким по весу и поэтому при раздаче хлебного пайка солдатам обычно сбрасывается четвертая часть установленного веса. Поразмыслив над тем, как бы не сокращая вес хлеба, меньше тратить на дрова и меньше платить пекарям, Иоанн сделал следующее: он приказал хлеб, еще сырой, нести в общественные бани [носящие имя] Ахиллеса и положить на то место, где внизу горит огонь. И когда он становился похожим на печеный, он распорядился класть его в мешки и отправлять на корабли. После того как флот прибыл в Мефону, эти хлебы рассыпались и вновь обратились в муку, но уже не здоровую, а испортившуюся, загнившую и издававшую тяжелый запах. Заведовавшие этим раздавали этот хлеб солдатам не по весу, но выдавали хлебный паек мерками и медимнами. И вот солдаты, питаясь таким хлебом летом в местах с очень жарким климатом, заболели, и из них умерло не менее пятисот человек. Так случилось бы и с большим числом, но Велисарий запретил питаться этим хлебом и велел доставлять им местный хлеб. Он донес об этом василевсу; сам он получил от василевса одобрение за свое распоряжение, Иоанн же не потерпел никакого наказания» [464] «Война с вандалами». 1. XIII. См.: Прокопий . Войны. С. 176. .

Главным же источником поступления средств в казну как тогда, так и сейчас были налоги. Иоанн проявлял доходившее до свирепости рвение не только во взимании существующих, но и в придумывании новых. Начал он, впрочем, аккуратно: предельно строго взыскивая старые недоимки и применяя эпиболу. Затем постепенно появились новые поборы.

Существовал налог («диаграфэ»), который взимался в чрезвычайных случаях, увеличивая поземельную подать. Его стали брать все чаще и, в конце концов, сделали постоянным. Введенный при Иоанне новый сбор «аэрикон» приносил доход до трех тысяч фунтов золота в год. Историки по сей день спорят о том, что это было, но, вполне вероятно, — штраф с тех домовладельцев, которые, в нарушение законов Льва и Зинона, строили здания, не выдерживая установленного расстояния от других сооружений (не менее 15 футов от общественного здания, 12 футов — в других случаях), или с высотой, превышающей допустимую (100 футов).

Пополняя императорскую казну, Иоанн не забывал и о себе. Жил он, утопая в роскоши и позволяя себе любые удовольствия, часто появлялся на людях в богатых одеждах, сопровождаемый распутницами. Чревоугодию он был предан настолько, что, по слухам, мог вознаградить важной государственной должностью повара, приготовившего ему вкусное блюдо. Иоанн Лид в описании этого человека не жалеет самых черных красок и грубых деталей: «Но Каппадокиец… обрушившийся на магистрат (префектуру претория. — С. Д .), древнее и таким образом священное магистрата помещение фалангам своих слуг предоставил, сам же на верхнем этаже валялся в постели, в то время как моча и испражнения виднелись по спальне, голым на ложе растянутый…» [465] Иоанн Лид . Кн. II (21). 2. С. 186. Сходным образом отзывался о нем и Прокопий, также лично знавший этого человека: «…был он груб и несносен, раздавая удары всем, кто попадался ему на пути, и без всякого основания грабя сплошь все их имущество» [466] «Война с персами». 1. XXV. См.: Прокопий . Войны. С. 69. .