Е. Готтендорф - Герман Геринг

Предыдущая попытка вторжения на острова планировалась Наполеоном в 1805 году; тогда французский император уже собрал в порту Булонь значительные силы и начал готовить их к высадке, но потом отказался от этой затеи, опасаясь английского флота.

Теперь обстоятельства изменились: у немцев была мощная авиация, способная и подготовить, и прикрыть беспрепятственную переправу на острова, действуя с аэродромов во Франции, Бельгии и Голландии.

Однако когда военные приступили к планированию операции, выяснилось, что переправа через Канал (как называли англичане пролив Па-де-Кале) отнюдь не будет легкой морской прогулкой. Вот что писал об этом Пауль Дейхман, командовавший 7-м корпусом люфтваффе:

«Пришлось исходить из того, что запаса горючего истребителя «Me-109» хватает на 95 минут полета, из которых нужно было вычесть 15 минут на разогрев двигателя, взлет, посадку и на аварийный запас времени. Оставалось всего 80 минут на выполнение полетного задания. Выходило, что истребитель должен был, достигнув в свободном полете точки в 60 км севернее Лондона, сразу же поворачивать обратно; либо он мог в течение 20–25 минут вести бой над Лондоном, а потом опять-таки лететь домой, чтобы успеть совершить посадку на последних каплях горючего. И это только при использовании истребителей в качестве самостоятельного рода авиации. Если же нужно было сопровождать более медлительные бомбардировщики, то следовало уменьшить полезное (расчетное) время еще на 10–15 минут, уходивших на полет к месту встречи и на перестроение в воздухе. Короче говоря, получалось вот что: бомбардировщики могут в дневное время (когда их обязательно должны прикрывать истребители) действовать в зоне, захватывающей всего 1/10 часть площади Британских островов! В этом регионе находилось всего семь английских авиазаводов из двадцати пяти, да и те располагались в пределах Лондона, под прикрытием мощной противовоздушной обороны, включавшей зенитные батареи, истребители ПВО и аэростаты заграждения, а военные аэродромы англичан вообще оставались вне пределов досягаемости германских бомбардировщиков. Зона ночных бомбардировок была более обширной, но они давали мало пользы, потому что поиск целей был затруднен и бомбометание было неточным».

Все это подводило к одному необходимому, но неприятному решению: германские люфтваффе должны были сначала уничтожить английскую истребительную авиацию и завоевать господство в воздухе, а уж потом приступать к систематическим бомбардировкам наземных целей; но и это решение отнюдь не было легко достижимым, потому что английские истребители показали в боях над Дюнкерком, что одолеть их будет совсем не просто.

Видимо, решение, принятое в свое время Наполеоном, было достаточно обоснованным; тем не менее, 21 июля 1940 г. Геринг созвал в Каринхалле командование люфтваффе и поставил своим офицерам задачу: подготовить в течение нескольких дней предложения по достижению господства в небе над Британией.

Армейское командование тоже начало приготовления к высадке; только командование военно-морского флота пребывало в нерешительности, и адмирал Редер предпринял даже попытку отговорить фюрера от нападения на острова.

13 июля генерал Гальдер, начальник штаба сухопутных войск, сделал в Берггофе доклад Гитлеру о плане вторжения в Англию; позже он так описал впечатления от этой встречи со своим верховным главнокомандующим: «Фюрера сильно смущает то, что Британия до сих пор не хочет вести переговоры о мире; наверное, англичане питают какие-то надежды на союз с Россией. В таком случае, по мнению фюрера, придется принудить их к миру силой, но путь этот не слишком хорош. Если разгромить саму Англию, то Британская империя распадется, и тогда, пока немцы будут проливать кровь в битве за острова, Япония и Америка подберут все «жирные куски», а Германия останется ни с чем!»

От Геринга не укрылось, что Гитлер все чаще начинает обращать взоры к России, которую он всегда считал подходящим объектом для нападения с целью завоевания «лебенсраум» — «жизненного пространства». Такой поворот дела поверг Геринга в некоторую растерянность: Россия была не слишком понятным противником; война на два фронта выглядела рискованным делом, и потом: если следующей военной целью будет Россия, то зачем тогда гробить люфтваффе, растрачивая силы на борьбу с англичанами?

Адъютант Гитлера по связям с люфтваффе фон Бюлов вспоминал: «От начальника штаба Гешоннека я узнал, что уже разработаны подробные планы атак на Британию и что они отосланы рейхсмаршалу, но он положил их в сейф и не дает им хода. Соединения люфтваффе, сосредоточенные во Франции, ждали приказа на начало активных действий, но приказ не поступал. Тем временем Гитлер вел с рейхсмаршалом долгие разговоры о войне на Востоке. Постепенно Геринг пришел к убеждению, что фюрер ничего не станет предпринимать против Англии. Он стал привыкать к мысли, что в следующем, 1941 году, начнется война против России. Каково же было его удивление, когда фюрер издал «Директиву № 17», объявлявшую, что «люфтваффе должны нанести поражение британским ВВС, применив для этого все имеющиеся у них силы, чтобы решить задачу в возможно более короткий срок», причем начало операции было назначено на 5 августа 1940 г.».