Хилэр Беллок - Ришелье

Расскажем об одном характерном эпизоде этой кампании, который показывает, до какой степени Ришелье еще был бессилен в самых важных делах. Закупка продовольствия для нужд армии была поручена какому-то молодому человеку, и для этих целей ему была отпущена казначейством сумма в сто тысяч ливров. Когда король был уже в Дижоне, выяснилось, что истрачено пятнадцать тысяч ливров на закупку пшеничной муки по каким-то несусветным ценам. Очевидно, деньги были положены в чей-то карман. Молодого человека прогнали, но дело с закупками продовольствия оставалось в прежнем положении, то есть не двигалось о места. Лишь тогда, когда армия во главе с королем стала приближаться к границам Савойи и когда Ришелье прибыл в Дижон, закупки были сделаны и отправлены на речных судах вниз по Соне до города Валянса, откуда уже на мулах продовольствие надо было доставить в действующую армию.

Прибыв вместе с королем в Гренобль, Ришелье энергично взялся за дело, пустив в ход самое мощное средство — деньги. Им он всегда пользовался с неизменным успехом. Он пишет в своих мемуарах, что пришлось кое-где «подмазать с помощью золотых луидоров», чтобы начать подъем пушек в горах, и я уверен, что на его тонких губах играла улыбка, когда он писал эти строки.

22 февраля 1629 года французская армия начала свой поход к границам Савойи. Король и Ришелье были во главе ее. Интересно, что не было разработано подробного плана кампании. Было решено пройти через самый низкий по высоте перевал вблизи горы Женевр, затем перейти еще один горный хребет через перевал Лаграв и затем выйти к перевалу Круаот. Во время этого тяжелого зимнего перехода Ришелье показал себя молодцом: он, как и потом Наполеон, принимал мгновенные решения с непременным учетом всех деталей и был в курсе всего, что делалось в армии.

Лишь 28 февраля, в среду, армия заночевала у подножия горы Женевр, а 1 марта, в четверг, авангард французской армии во главе с королем перешел через перевал. Снег был таким глубоким, что лошадей пришлось вести в поводу. Король шел пешком вместе со всей армией.

Когда французская армия оказалась на территории герцогства, Карл Эммануил обратился к Людовику XIII с просьбой начать переговоры. Перед герцогом Савойским была альтернатива: пропустить французов через Сузское ущелье, не оказав им сопротивления и тем самым позволить им пройти дальше уже по равнине к Казалю, или же задержать их у входа в ущелье, что было бы на руку испанцам, с которыми он заключил недавно союз.

Считая, что войска Карла Эммануила не смогут оказать серьезного сопротивления французской армии вследствие малочисленности и неподготовленности, Ришелье решил наступать через Сузское ущелье, так как это был самый короткий путь к Казалю. Но кардинал понимал, что придется брать штурмом укрепления, воздвигнутые противником. Достаточно было забаррикадировать проход через ущелье, и рота солдат могла защищать укрепление против целой армии, которая понесла бы большие потери, атакуя укрепление.

Карл Эммануил предложил начать переговоры. Они начались в Кьямонте 1 марта и продолжались вплоть до 5 марта. Конечно, Карлу Эммануилу хотелось затянуть переговоры, потому что, во-первых, он сохранял верность испанцам, не принимая предложения Людовика XIII и кардинала, а во-вторых, он был не прочь увеличить свои владения и доходы за счет французов. Между прочим, он был в родстве с Бурбонами: его старший сын и наследник был женат на принцессе Кристине, сестре Людовика XIII.

Королю и кардиналу было нужно, чтобы герцог Савойский разрешил французской армии беспрепятственный проход через Сузское ущелье, но Карл Эммануил набивал себе цену, понимая, что чем больше он будет затягивать переговоры, тем в худшем положении окажется гарнизон Казаля и тем больших уступок он сможет добиться от короля и кардинала. Трудно сказать, насколько он был серьезен, когда предложил Людовику XIII повернуть армию и начать поход на Геную или Женеву. Вы представляете, какой крутой поворот сделала бы история, если бы французская армия захватила кальвинистскую Женеву!

Хотя герцог Савойский страстно желал, чтобы Мантуя и Монферрат стали его владениями, он понимал, что кардинал и Людовик XIII никогда не пойдут на это. Вместо этого кардинал предлагал выплачивать двенадцать тысяч ливров ежегодно и передать герцогу городок Трино и его окрестности. Карл Эммануил продолжал торговаться, и наконец кардинал пошел на уступки и согласился выплачивать пятнадцать тысяч ливров ежегодно.