В том числе, например, Рамакришна Парамахамса настойчиво советовал читать эту Гиту своему главному ученику, Свами Вивекананде. А Рамана Махарши собственноручно переписал санскритский текст «Аштавакра Гиты» и считал его очень важным. (Непременно прочитайте рассказанную Раманой историю Джанаки и Аштавакры, которая служит идеальным введением в саму Гиту; она приведена сразу после этого предисловия.)
Среди прочих, об «Аштавакра Гите» много говорил Ошо. Вот, в частности, что сказал этот склонный к провокации Мастер: «У человечества есть много священных Писаний, но ни одно из них не может сравниться с Гитой Аштавакры. Все Веды перед ней бледнеют, Упанишады начинают казаться просто тихим шепотом. Даже «Бхагавадгита» не имеет того величия, которое мы находим в «Аштавакра Самхите»; ее ни с чем нельзя сопоставить. Стоит заметить, что ни общество, ни политики, ни другие социальные институты не испытали на себе никакого влияния заявлений, сделанных Аштавакрой. Ведь нет других заявлений, которые были бы настолько чисты, трансцендентальны, за пределами времени и пространства. Возможно, как раз поэтому «Аштавакра Гита», «Аштавакра Самхита» не приобрела большого влияния.
Бхагавадгита Кришны очень влиятельна. Прежде всего, потому что Гита Кришны – это синтез. Он больше заинтересован в синтезе, чем в истине. Желание синтеза так сильно, что Кришна не против того, чтобы при необходимости немного пожертвовать истиной. Гита Кришны – это такая сборная солянка, содержащая всё; поэтому-то она так привлекательна для всех, в ней есть что-то для каждого. Трудно найти такую традицию, голос которой не был бы найден в этой Гите. Трудно найти кого-нибудь, кто не нашел бы в ней что-то успокаивающее для себя. Но для таких людей «Аштавакра Гита» будет слишком сложна. Ведь Аштавакра – не синтезатор; он тот, кто говорит истину. Он выражает истину без всяких «если» и «но». Он не думает о слушателе. Слушатель может понять, а может не понять, – Аштавакру это не интересует. Настолько чистого выражения истины не бывало ни прежде, ни после этого».
И дальше Ошо утверждает: «Вы не можете извлечь из „Аштавакра Гиты“ никаких верований, убеждений. Только если, открыв эту книгу, вы отбросите самого себя, „Аштавакра Гита“ станет для вас ясна». Действительно, отбросить «себя» и подойти к этому тексту с открытым сердцем и пустым умом, необходимо, чтобы она для вас сработала. И тут стоит даже уточнить, что читать эту книгу нужно исключительно так – с открытым сердцем и пустым умом. И только так из нее невозможно извлечь убеждений. Незрелый же ум напротив – очень легко может обнаружить у Аштавакры некоторую пищу для себя (будь то в виде адвайтических концепций или же в виде мнимых указаний на необходимость подавления желаний, например). Вот это и имеет в виду Муджи, говоря, что «Аштавакра Гиту» не стоит воспринимать как инструкцию или учение. Ведь если воспринимать ее так, то можно действительно многое в ней истолковать превратно, наломать концептуальных дров или вообще ничего не понять.
Предупреждает об этом и один из известных современных духовных учителей, Шри Шри Рави Шанкар, много комментировавший Аштавакру. Вот его слова: «„Аштавакра Гита“ не для тех людей, которые еще ничего не сделали на этом пути; еще не встали на этот путь. Она для тех, кто уже на пути. Она открывает множество дорог. Тот, кто никогда не медитировал, не имеет права даже прикасаться к книге „Аштавакра Гита“. Тот, кто не испытывал тишину в уме, пусть даже несколько минут, тот, у кого не было состояния спокойной пробуждённости, не должен даже прикасаться к этой книге, даже сколько-нибудь близко подходить к этому Знанию. Потому что тогда оно становится опасным. Опасным в том смысле, что человек может легко сделать из этого концепцию».
Отчасти такая неоднозначность «Аштавакра Гиты» заложена в самой ее структуре. В ее сюжетной линии. Например, в «Авадхута Гите» (другой великой адвайтической поэме) слова ученика убраны; там оставлены только прицельные указатели Мастера. Поэтому сюжет (вопросы ученика и плоды его трансформации) за словами Мастера там лишь угадывается. Что касается «Аштавакра Гиты», драматургия здесь более четкая: внимательный читатель может наблюдать постепенное развитие сюжета, историю одного просветления. И эта история занимательна тем, что перед нами не просто разговор гуру и ученика. Это разговор великого гуру и очень продвинутого ученика. Да и к тому же еще царя. И хотя этот царь демонстрирует искреннее смирение и уважение к учителю, он, тем не менее, царь. Он обличен земной властью. Аштавакра же в этом контексте не только гуру, но и подданный, слуга. И ему ничего другого не остается, как проявлять не только подлинную мудрость реализованного, но и чисто человеческие тактичность и гибкость. Он не может просто сказать Джанаке: «Слушай, ты еще не полностью разглядел свою природу, и поэтому твои слова – пока что только концепции. Тебе еще нужно кое-что распознать, так что молчи и слушай». Ему приходится делать это аккуратно, иногда намеками, иногда обобщениями – шаг за шагом ведя Джанаку к окончательной реализации, прочь от мнимой реализации скороспелого ума, которую царь демонстрирует в самом начале Гиты (услышав первые же слова Аштавакры, указывающие на высшую Истину, он тут же начинает говорить так, словно всё уже осознал).
Читать дальше