Юстейн Гордер - Мир Софии

— По-моему, это уж слишком.

— Как выяснилось, после публикации романа число самоубийств возросло, так что в Дании и Норвегии его на некоторое время даже запретили. Быть романтиком иногда опасно для жизни: речь идет об очень сильных чувствах.

— Когда ты произносишь слово «романтики», я представляю себе большие пейзажные полотна. Мне видятся таинственные леса, первозданная природа… туманная дымка.

— Среди важнейших черт романтизма было именно увлечение природой и ее мистикой, причем, как уже сказано, дело происходило в городе. Возможно, ты помнишь Руссо, который выдвинул лозунг «назад к природе». Лишь с приходом романтизма этот лозунг попал на благодатную почву. Романтизм представлял из себя, в частности, реакцию на механистическую Вселенную эпохи Просвещения. Указывалось, что романтизм означал возрождение древнего космического сознания.

— Объясни!

— Имеется в виду восприятие природы в виде единого целого. Тут романтики восходят к Спинозе, а также к Плотину и таким философам Возрождения, как Якоб Бёме и Джордано Бруно. Общим для этих предшественников было ощущение в природе божественного Я.

— Они были пантеистами…

— И Декарт, и Юм четко разграничивали, с одной стороны, Я, а с другой — «протяженную» действительность. Кант разделял познающее Я и природу «в себе». Теперь высказывается мнение, что природа представляет собой одно большое Я. Романтики использовали также выражение «мировая душа» или «мировой дух».

— Понятно.

— Самым влиятельным из философов-романтиков был Шеллинг, который родился в 1775-м, а умер в 1854 году. Он пытался вообще сгладить разницу между «духом» и «материей». Согласно Шеллингу, вся природа — включая и человеческую душу, и физическую реальность — является выражением единого Бога, или «мирового духа».

— Да, это напоминает Спинозу.

— «Природа — это видимый дух, дух — это невидимая природа», — утверждал Шеллинг. Ведь мы повсюду чувствуем присутствие «оживляющего духа». Он также называл природу «дремлющим интеллектом».

— Пожалуйста, расскажи об этом подробнее.

— Шеллинг видел в природе «мировой дух», но он видел тот же «мировой дух» и в человеческом сознании. Если придерживаться такой точки зрения, природа и сознание действительно выражают одно и то же.

— Почему бы и нет?

— Значит, «мировой дух» можно искать как в природе, так и в собственном рассудке. Вот почему Новалис был вправе сказать, что «самая сокровенная тайна скрывается внутри». Он имел в виду, что человек носит в себе целую вселенную и может лучше всего постичь тайну бытия, обратившись к самосозерцанию.

— Красивая мысль.

— Для многих романтиков философия, естествознание и поэзия образовывали некое высшее целое. Человек мог сочинять возвышенные стихи, сидя в своем кабинете, либо изучать жизнь растений и структуру минералов — фактически это были две стороны одной медали. Природа ведь не мертвый механизм, а единый живой «мировой дух».

— Если ты расскажешь что-нибудь еще, я, пожалуй, стану романтиком.

— Норвежец по происхождению, естествоиспытатель Хенрик Стеффенс (которого Вергеланн назвал «унесенным вдаль листком норвежского лавра», потому что он поселился в Германии) в 1801 году приехал в Копенгаген с лекциями о немецком романтизме. Он дал следующую характеристику романтическому течению: «Устав от бесконечных попыток пробиться сквозь грубую материю, мы избрали другой путь и поспешили навстречу вечному. Уйдя в себя, мы создали новый мир…»

— Как ты умудряешься запоминать такое наизусть?

— Проще простого, дитя мое.

— Продолжай!

— Шеллинг также видел «развитие» природы от земли и камня к человеческому сознанию. Он указывал на постепенный переход от безжизненной природы ко все более сложным формам жизни. Природа вообще воспринималась романтиками как организм, то есть как некое целое, постоянно развивающее заложенные в нем способности. Природа — это цветок, раскрывающий свои лепестки… или поэт, раскрывающий миру себя в виде стихов.

— Кажется, что-то похожее утверждал и Аристотель?

— Да. Натурфилософия романтиков несет в себе сходство и с Аристотелем, и с неоплатониками. Аристотеля отличало более органичное восприятие естественных процессов, чем у механистических материалистов.