Вторжение кочевников

– Я, – хохотнул земляк, – такую «удачу» не перенёс бы! Здоровье, знаешь ли, не то, чтобы в такие дела ввязываться!

– Жить захочешь, ещё не так вывернешься. – пробормотал я. – Вопрос в том, что делать с этим навязчивым явлением? Не могу же я прикончить призрака или иллюзию?

– Тут без магии не обошлось. Я тебе в этом деле не помощник, но есть ведь придворный маг, Понтиус. – воскликнул Васька. – Я завтра еду в Тур, надо с замками для герцога подсуетиться. Могу с магом о тебе переговорить.

Мой товарищ уставился на меня.

– Конечно, может у него найдётся какое-нибудь зелье или амулет от этой напасти!?

Василий вернулся через несколько дней.

– Ну, что? – спросил я его.

– Достал всё, что нужно, – земляк повернулся к возчикам и грузчикам, – тащите к домне!

Он улыбался, довольный собой и поездкой:

– Теперь домна заработает на полную! – он потёр ладони друг о дружку.

– Вася! – я строго посмотрел на него. – Ты говорил с магом Понтиусом?

– Ах, да! – спохватился мой кучерявый товарищ, полез в сумку и выудил оттуда шнурок с деревяшкой. – Вот, держи! Маг сказал, что это должно помочь.

Я взял в руки кожаный шнурок и поднёс к лицу деревянную табличку с какими-то странными узорами.

– Что это?

– Амулет! – он хлопнул меня по плечу и добавил. – Кстати, с тебя пятьдесят серебряных монет.

– За это? – не поверил я. – За кусок деревяшки?

Васька состроил обиженную рожицу:

– А ты ждал алмазное колье? – он усмехнулся. – Извини, алмазы на прошлой неделе кончились… а амулет носи и не грусти!

– Ага, – я скептически посмотрел на деревянную хрень в руке и с издёвкой поблагодарил, – мерси!

– Маг обещал, что действие амулета предотвращает любые проявления магии. Так что, одевай и не вредничай. – потребовал Васька. – Вдруг поможет!?

– А если не поможет!? – возразил я.

– Значит, будешь себе сам амулеты из дерева вырезать! – нашёлся Васька. – Или поедешь к королевскому магу в столицу, может он тебе из чего-нибудь подороже амулет сварганит.

– Если выживу. – пробурчал я, и нацепил шнурок себе на шею, заправил деревяшку под одежду и прислушался к своим ощущениям.

«Ничего!» – подумал я. Никаких изменений, деревяшка легла гладкой стороной и прижалась к моей коже, я ощущал её прохладу, но уже через пять минут даже это ощущение прошло.

Я забыл об амулете, но продолжал носить его под одеждой, снимал его только для того, чтобы помыться в баньке.

Тем временем, людей у нас набралось больше, чем пока требовалось, а всех на доделку и наладку производственных зданий отправить было невозможно.

Поэтому большинство работников занимались фундаментами для новых общинных домов и новых производственных зданий. Желающих у нас работать было столько, что мы принялись рыть фундаменты и рвы для будущих капитальных оборонительных стен.

В день запуска домны многие работники и их семьи собрались поглазеть на новое чудо инженерной мысли. Первым делом принялись загружать домну материалом. Василий и Кузнец Григорий командовали этим процессом, а заодно следили за тем, чтобы соблюдались пропорции и очерёдность. В домне пылало пламя, раздуваемое громадными мехами, которые земляк устроил с внешней стороны домны. Водяные колёса вращались, передавая усилие на механизм, который заставлял меха нагнетать внутрь воздух.

Процесс погрузки антрацита и руд закончился, и пока домна разогревала руду, мы отправились в литейный цех, который был устроен рядом с домной.

– Гриша, у вас тут всё готово? – спросил Василий у Кузнеца Григория.

– Да, уже замаялись ждать металл!

Мы осмотрели заготовленные формы для литья: тут были наконечники для копий, стрел и болтов. Кроме того, ожидали своей очереди формы для отлива мечей, топоров и прочего. Чуть дальше стояли стопки с формами для сельскохозяйственного инвентаря.

От домны через весь литейный цех протянулись рельсы для вагонетки с расплавленным металлом.

– Пойдём в кузнечный цех! – воскликнул Василий. – Что-то я переживаю из-за молота.

В кузнечном цеху стояла махина огромного размера. Внизу она выглядела как наковальня, устроенная на крепком фундаменте. Сверху на высоких металлических штангах стоял молот. Огромную чушку весом в сотни килограмм подняли над наковальней на высоту двух метров при помощи водяного привода и цепей. Штанги, по которым должен был двигаться вверх и вниз молот, блестели от смазки. Сбоку был устроен механизм, который позволял отпустить эту махину в контролируемый полёт.