Вторжение кочевников

– О какой плате идёт речь? – поинтересовался Васька.

– Два золотых! – тут же отреагировал хитрец.

– Что? Два золотых? – возмутился Васька.

– Тише, тише! Не надо привлекать к этому такое внимание! – замахал руками длинноносый собеседник. – Мне ещё дорога моя репутация!

– Один золотой! – сказал я, и пока он не успел возразить, добавил. – Но только тогда, когда мы услышим твою балладу. Не хотелось бы, чтобы ты смылся с деньгами, прежде чем выполнишь свою часть сделки.

– Кажется, я слышу голос разума! – обрадовался менестрель. – За это надо выпить! Эй, кто-нибудь! Принесите сюда чистую кружку и бочонок пива!

– Кто будет платить за пиво!? – возмутился Васька.

– Мои благородные господа, не сердитесь на бедного артиста!

Я заметил, что он выделил слово «бедного», и понял, что длинноносый проныра предлагает платить за это нам.

Когда на столе появился новый бочонок с пивом, а также ещё одна деревянная кружка, Серебряный голос Стабита наполнил все три кружки и, подняв свою кружку вверх, торжественно провозгласил:

– За вас, друзья мои! И за Золотой голос Стабита, которым я вскоре стану!

Мы выпили, а затем наглец заявил:

– Итак, мы решили, что будем делать с первой золотой монетой, а что со второй?

– Про вторую монету никто ничего не говорил! – заметил Васька с кривой улыбкой.

– Что ж! – с притворной грустью сообщил проныра. – Тогда вам самим придётся исполнять мою великую балладу! Кстати, кто из вас умеет петь и играть на лютне?

Я с сожалением вздохнул, а Васька заскрипел зубами. Хитрый длинноносый менестрель победно улыбнулся и предложил:

– Давайте выпьем за богатых покровителей искусства!

На следующий день, я проснулся от визгов, что издаёт пила, когда врезается в дерево, и огляделся по сторонам. Плотник Павел позаботился о том, чтобы хоть как-то устроить меня. Для этого он обустроил тот небольшой помост под крышей пильной мельницы. Пролезть туда можно было только по приставной лестнице. Тут же он сложил часть моих вещей и постелил старые одеяла.

Наскоро поев, я отправился на встречу, которую организовывал Василий в своём доме. В гостиной ожидали своего часа бригадиры, некоторых я хорошо знал. Я поприветствовал и их, и тех, кого не знал тоже. В основном это были шахтёры и мастера, которые напрямую зависели от Василия. Однако, были тут и бригадиры-строители.

В этот момент я заметил на кухне Сорена. Молодой дворянин скучал, сидя за столом. Он замер с задумчивым выражением лица и с чашкой ароматного травяного чая в руке. Я прошёл на кухню через открытую дверь и присел напротив своего нового знакомого. Мы тепло поприветствовали друг друга, оба были рады новой встрече.

– Вот, – сообщил он, – с грустью покидаю гостеприимного хозяина Василия и ваше замечательное поселение. Таких чудес, как у вас, я не видел нигде! Это поразительный научный и производственный прорыв!

– Мы не собираемся останавливаться на достигнутых результатах! Уверен, что вскоре посёлок превратиться в город. – сообщил я ему о наших амбициях.

– Да, вам немного осталось, тем более Мстислав, как я слышал, к вам хорошо относится, а простые люди из уст в уста передают вести о том, как им хорошо платят в Игве.

– Мы заботимся о наших работниках. Кроме того, мы уже приобрели землю под соседнее поселение, теперь у нас достаточно места, чтобы как следует развернуться! – после этих слов я обратил внимание, что к нашим словам прислушиваются мастера из гостиной.

– Мастер Игорь, – Сорен замешкался, задумался, глядя в свою опустевшую чашку, а затем, видимо, на что-то решившись, посмотрел на меня, – возьмёшь ли ты меня к себе на службу?

– Ого! – дворянин на службе у простолюдина – это слишком нереально чтобы быть правдой. Но отпрыск графа ждал, и в его глазах не было и тени насмешки. – Зачем тебе это, друг мой?

– Мне опостылила служба у королевского казначея, а у вас тут интересно, – он опять задумался, прежде чем продолжить, – и я чувствую, что у вас тут назревают серьёзные перемены, в которых мне бы хотелось поучаствовать!

– Неужели работа в казначействе настолько плоха? – спросил я, уже понимая, что этот мужчина мне симпатичен, как личность.

Мне бы пригодились его ум, образование и военные навыки. А с учётом того, что мой тесть ведёт себя неадекватно, должность коменданта вскоре окажется вакантной.

– Разве ж это работа? Меня используют как мальчика на побегушках. – я почувствовал в его голосе раздражение от того, что он занимает не своё место в жизни. – Так ты возьмёшь меня к себе на службу?