Это посещение стало для меня особенным. За предыдущих четыре посещения, мне надоело разглядывать однообразный дизайн коридора, банальные плакаты по психиатрии, поэтому я жаждал войти в кабинет психолога, и слушать, лишь слушать, не более того. Не суждено было получить гармоничное удовлетворения от слов, которые произносит психотерапевт внятной и приятной речью. Вся процедура проходит около часа. Иногда, меня тянуло подойти к двери и послушать о чем говорит сестра с доктором. Какие переживания грызут внутренний мир родной сестры. Возможно, мне бы удалось искоренить ее страдания. Ни прошло мгновенья, как я решился подойти, но ничего не услышал. Меня это смутило. Либо они так тихо говорили, либо настолько толстые стены и дверь заглушали поток слов. При виде двери не складывалось подобного впечатления. Более я не смел, заниматься подслушиванием, вероятно, это просто потеряло для меня смысл.
В пятый день нашего посещения у психотерапевта, в коридоре, я заметил странного человека. Невысокого роста седовласый мужчина, в очках с большими диоптриями, что наводило на мысль о нем, как о профессоре биологии. Не знаю, почему мне пришло это в голову, однако сознательно внутри себя, мысль крутилась о нем, как о биологе.
«Биолог сними очки!»; «Биолог, будь осторожнее, тут ступенька»; «Ты надел новую рубашку, биолог?!» – говорил я про себя. Мысли появились бессознательно, будто мне не раз приходилось их слышать, или же молвить. Выражения с оттенком упрека детского юмора.
Саркастические наклонности присутствовали все время нахождения в больнице. Старый мужчина стоял у плаката. Биолог, прищурившись, очень близко находясь у стены, буквально в десяти сантиметрах, рассматривал неизведанный мне плакат. Судя по его огромным диоптриям он достаточно плохо видел. Несмотря на мое колоссальное внутреннее эго, которое я считал несравненно гениальным, вывод был противно прост. Интересный объект для наблюдения! Биолог постоянно поправлял очки, то слегка подняв, то немного спустив на нос. Ах, да! Нос! Он был весомо примечательным. Что мне особенно не нравилось в человеке, так это огромный, безобразный, с широкими ноздрями шнобель. Подобию следовал нос биолога. На морщинистом лице, он смотрелся достаточно симпатично. По себе человек неряшливый, плохо одет, не ухожен, с грубой кожей на лице. Что-то в нем было. Иначе, как объяснить мой интерес к нему? В один момент, когда я отвернулся от биолога, периферийным зрением заметил, что тот, оглянулся на меня, и размытая картина фигуры неопрятного мужчины приближалась ко мне. Не спеша, биолог устремился занять место рядом со мной.
– Здесь свободно, мой друг? – тихо и тонко спросил он.
Голос встревожил мою нервную систему. Я почувствовал, как мурашки стаей промчались по коже от макушки до самых пяток. Я посмотрел на него удивленным взглядом, и помотал головой. Ответа не последовало. Не дождавшись одобрения, он спокойно сел на стул, слегка вытянув ноги вперед. Мне показалось, что человек скромный и заговорить с кем-либо давалось с трудом. Манера поведения подтверждало это. Ожидания оказались слегка неверными. Легко и непринужденно он спросил меня:
– Вы на прием?
Я повернулся лицом. За секунду я успел осмотреть его безобразные черты лица, и, бросающийся в глаза, большой шнобель. От него несло крепким запахом горелого. Мне становилось неприятно, и большую часть времени я отворачивался от него, дабы не вдыхать в себя стойкую горелую вонь.
– Нет… Я жду свою сестру, – отворачивая голову ответил я, и опустил свой взгляд на его изношенные ботинки.
После него, на чистом полу в коридоре остались грязные следы старых ботинок. Из-за своего чувства юмора, мне хотелось пошутить, однако, меня что-то остановило. Далее, он начал уверенно рассуждать, при этом сложив руки в замок.
– Наш мир полон света! Только почему-то мы всячески стараемся его избежать… Я всегда хотел понять сущность жизни каждого из нас. Естественно, нам следует продолжать род, ибо же человечество вымрет. Но, стремиться человек к удовольствию. К нему нельзя стремиться, – биолог говорил ровно, выдерживая паузы.
Мой разум не оставил слова мужчины без осмысления. С первой секунды мне не жаждало желанием слушать неприятного человека. Человеческий разум обманчив, если не контролировать возникающие желания. Неожиданность побудило заинтересованность.
– Почему же? – спросил я, стараясь показать безразличие.
– Стремление к цели создает смысл для человека. Стремление к удовольствию угнетает этот смысл.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу