Синтия Виктор - Нелегкий выбор

— Что? — вырвалось у Пенна. — Ты шутишь?

— Какие уж тут шутки! Благодаря этому звонку я и начала свое расследование.

— Но кто, черт возьми, мог их убить? Есть у тебя хоть один подозреваемый?

— То-то и оно, что нет.

— Но ты, конечно, сразу пошла с этим в полицию? Что они сказали?

— Я была в полиции еще до того, как узнала, что происходит в отеле. У меня уже тогда были подозрения, что не все так гладко, как написано в полицейских бумагах. И знаешь, чем это кончилось? Газетной статьей.

Пенн попробовал собраться с мыслями и в конце концов кивнул:

— Я помогу тебе. Если дело идет об убийстве, виновному недолго осталась расхаживать на свободе.

Едва Лэйни успела посвятить Пенна в подробности, как у двери послышались голоса вернувшихся детей. Меган заглянула в дом, чтобы поздороваться и заверить, что все в порядке, и тут же унеслась как вихрь. Продолжить разговор удалось не раньше чем дети уснули у себя в комнатах. Лэйни и Пенн встретились в гостиной, чтобы обсудить, как действовать дальше.

— Ты больше не считаешь, что я сошла с ума? — не без упрека спросила Лэйни. — Впрочем, сама я уверена далеко не во всех своих выводах. Эти мелочи: неожиданные встречи с Кэрол Энн и Шугар в «Сен-Тропезе» и прочее — вдруг они не имеют никакого отношения к делу?

— Конечно, в жизни случаются и более странные совпадения. Гадать ни к чему. Не только полицейские, но и репортеры зарабатывают на жизнь расследованиями, так что тебе повезло, что я оказался под рукой. Рано или поздно мы выясним все детали.

— Порой неведение куда легче, — вздохнула Лэйни.

Пенн пропустил ее замечание мимо ушей.

— Начать можно по-разному, но все равно придется выяснить самое главное: кто служил мишенью убийце, Фэрил или Джон.

— Или они оба.

— Правильно.

Соглашаясь, Пенн как бы в задумчивости накрыл ладонью руку Лэйни. Та едва удержалась, чтобы ее не отдернуть, подумав: сейчас не время для сантиментов. К тому же глупо так реагировать на прикосновения человека, который даже не замечает, где находится его рука.

«Ну же, убери ее! А еще лучше, оставь!»

— Нужно тщательно осмотреть их вещи, — сказал Пенн, убирая руку естественным жестом человека, не сделавшего ничего из ряда вон выходящего.

Лэйни разозлилась на себя.

«Ну что ты за дура! Он играет с тобой, как играл всегда! Не забывай, что это Пенн Бекли, красавчик Пенн, который собаку съел на том, как вскружить голову любой простушке, на которую упадет его взгляд».

Она вспомнила единственную ночь — проклятую, сладкую ночь, проведенную с ним, — и вспыхнула от смущения. Диван, на котором они сидели сейчас, был тот самый! Ласки… нежные слова… он, наверное, даже не помнил, что когда-то занимался с ней любовью!

Но если для Пенна Бекли ничего не значило переспать с подвернувшейся под руку женщиной, то для нее, Лэйни, та ночь значила много, очень много. Она старалась отодвинуть подальше все мысли на эту тему, безжалостно подавляла всякий намек на воспоминания и до сих пор не признавалась себе, что все ночи с Джулианом, вместе взятые, не стоили этой единственной ночи с Пенном.

Теперь она поняла это — и что же дальше? Ничего, кроме одиночества, ставшего за последние недели привычным. Впрочем, у нее теперь есть Тим и Райли, а значит, одиночеству с ней не справиться.

Лэйни тряхнула головой, отгоняя несвоевременные раздумья, и приказала себе сосредоточиться на деле. Надо было разобраться в деталях, которые до сих пор ускользали от ее внимания.

— Вещи, ты говоришь? — она повернулась к Пенну, приняв деловой вид. — Я почти все их просмотрела, в том числе бумаги, и не заметила ничего заслуживающего особого внимания. Правда, я их всего лишь пролистала, и ты можешь сам в них заглянуть.

— Пожалуй, я так и сделаю.

В кабинете Джона они выложили на пол содержимое ящиков стола и стоявших на полках папок. Вскоре в помещении наступила полная тишина, нарушаемая только шелестом переворачиваемых страниц.

Лэйни старалась не пропустить ничего мало-мальски любопытного, ни строчки, которая могла бы послужить намеком, но все было тщетно. Пенн выстроил перед собой башню из набитых листами скоросшивателей и методично обследовал их один за другим.

Часа через два Лэйни заметила, что строчки двоятся перед глазами. Она уже решила сделать перерыв, как вдруг Пенн присвистнул. Он держал в руке лист бумаги с машинописным текстом.

— В чем дело?

— Список, — пояснил он, передавая листок ей. — Оказывается, Джон был адвокатом некой Марины Паульсен, полицейского. Не могу понять, в чем дело, но в этом списке есть что-то странное.