Sco - Течение

Кротов тихо двинулся на звук, ловя каждое слово. Тон Андрея не предполагал никакого дружелюбия или расслабленности, в нём отчётливо сквозило раздражение. Снова шуршание и второй голос, явно постарше.

- Ну чего ты ерепенишься? Давай, вот. – звук подошв, скребущих бетонный пол. – Вот, как ты любишь, да? Сейчас… вот…

- Сергей, блядь, убери руки, - донеслось до Димы и последние ступеньки он пролетел за долю секунды.

Грузный мужик прижимал Андрея лицом к стене, одной рукой шаря по его животу и груди, а второй пытаясь стянуть с него брюки. Это Дима уловил уже краем глаза, как в замедленном кадре подлетев к мужику и, развернув за плечо, прицельно ударив кулаком в лицо. Мужик качнулся назад и тогда Дима ударил второй раз. Сквозь красную пелену, он скорее увидел, чем почувствовал, как Андрей повис у него на руке, потянув в сторону. Вырвав руку, снова ударил, держа в фокусе только одну мишень. Мужик упал, и он попытался усесться сверху, чтобы разбить к ебеням его голову, пробить череп кулаком до самого пола. Он уже замахнулся, когда чужие руки обхватили сзади и дёрнули прочь от жертвы. Дима попытался поймать равновесие, но гиря на спине оказалась неожиданно тяжёлой и он, всё-таки, попятился назад, продолжая тянуться руками к ненавистной разбитой морде. В поле видимости появилось лицо Андрея - глаза широко распахнуты, губы двигались, он что-то говорил, тряся Диму за плечи.

-… слышишь меня? Всё, успокойся! – родной голос доносился словно сквозь воду.

Дима ошарашенно крутил головой, автоматически ощупывая Андрея, проверяя всё ли с ним в порядке.

- Что? – тот ловил и прижимал к себе его ладони, правильно истолковав Димины действия. – Со мной всё нормально, успокойся, я сказал!

Из-за его спины показалась покачивающаяся массивная фигура. Морда в хлам, красные потёки на белой майке. Сергей поднялся и встал, держась одной рукой за стену, другой пытаясь зажать нос, чтобы остановить кровь. Дима уставился на него немигающими глазами, дёрнув Андрея за руку, пытаясь завести себе за спину.

- Ну-ка успокоились! Оба! – прошипел Неволин, и все замерли.

Сергей сощурился, цепко оглядел "парочку". Кротов вдруг сообразил, как они выглядят. Мужики так друг к другу не прижимаются и за руки не держаться. Сергей зло ухмыльнулся, нарочито "удивился" на обоих.

- Так это что, ёбарь твой? – вопросительно процедил сквозь зубы в кровавой плёнке. - Совсем охуел, теперь ещё со школьниками трахаешься? А ты на кого, сопляк, руку поднял? - это уже Диме. - Да ты у меня вылетишь из всех школ с пожизненной дисквалификацией!

- Сомневаюсь, - Андрей покачал головой, и Сергей уставил на него полный ненависти взгляд. – Думаю, если он объяснит, что пытался отодрать тебя от моей задницы, комиссия может ему посочувствовать. Как думаешь?

Сергей скривил рот и сплюнул на пол красную слюну. Дима ловил каждый жест, готовясь налететь на него с кулаками в любую секунду, хотя после слов Андрея пылу у мужика явно поубавилось. Андрей подобрал с пола Димино полотенце и кинул Сергею.

- Вытрись пока. Я схожу за аптечкой и одеждой... И подгоню машину, дай ключи. Жди здесь. Дима, за мной.

Стиснув Диму за локоть, потащил его вниз по лестнице. Они спустились до следующей площадки, остановились перед дверью на этаж. Неволин выглянул в коридор и дёрнул Диму за собой. Немногочисленная публика, снующая по коридору не обратила на них внимания. До тренерской шли в полном молчании. Андрей взял Димину руку, посмотрел на костяшки, тихо по-деловому заговорил.

- Не светись рукой. Иди к Сотникову, скажи, что у тебя срочные дела, и ты не останешься на награждение, одного Демидова достаточно. Езжай домой, я позвоню.

Кротов сосредоточенно смотрел Андрею в лицо и кивал, как послушный ученик. Тот оглядел пустой коридор, быстро коснулся Диминых губ своими и так же быстро отвернулся.

- Пошёл, - скомандовал он через плечо, заходя в тренерскую.

Димино тело отозвалось на команду, он быстрым шагом направился в раздевалку. Кивал на поздравления с разных сторон, поспешно натягивая одежду и собирая сумку. Сердце стучало на удивление ровно, руки-ноги "работали" будто сами по себе. Сотникова он нашёл в медпункте, и судя и по блестящим глазам, уже отметившего. Антоныч чем-то поспешно зазвенел под столом, когда Дима вошёл в кабинет.

- А-а, это ты, - облегчённо выдохнули оба и тут же заголосили. – Ну, герой! Ну, уважил!

Дима дежурно улыбался, пожал руки, извинился, что не может остаться, что надо «сейчас» и «срочно» и ему «так жаль». Мужики потужили с секунду для приличия и снова загремели тарой, помахав Диме на прощание, а Антоныч в запале пожелал ему жить сто лет, и ни годом меньше.