Иван Возяков - Ученик

Мия со своей шиной давно уже бежала впереди, а вот парень остался на равне со мной – и явно не из солидарности. Дышал он как бы не тяжелее меня.

Но показывать слабину не хотелось, и здоровая конкуренция неслабо мотивировала, что в добавок к уже имеющемуся помогало держаться и даже потихоньку восстанавливать дыхание.

Когда мы пробежали пятьдесят кругов, Мия уже оторвалась куда-то в запредельную вторую сотню, но сбавлять темп даже не думала. Что там говорить, она даже не вспотела!

Да уж, вырастил Старейшина монстра.

Черт. Тысяча кругов. Это даже в голове не укладывается.

И такое чувство, что устаем тут только мы двое, что особенно бесит. Хрена с два я сдамся!

Парень, видимо, думал так же, так что бежали мы плечо в плечо. Странно, кстати. От ученика Рёдзампаку я ожидал много большего. Или он такой же новичок, как и я?

На двухсотом круге мы оба выглядели жалко – пот уже даже не тек, мы и так были им полностью покрыты. Дышать получалось через раз, бок уже не просто резало – он будто был наполнен раскаленным металлом, а отбитые шиной ноги судорожно дергались при каждом касании. И впереди еще восемьсот. И это только разминка. Похер. Раз уж Мия это делает, даже не уставая, значит это даже не достижение, а база, обязательная к выполнению.

Пятисотый круг. Мия уже давно закончила свою тысячу, и сейчас дралась с тенью, а мы уже больше плелись, чем бежали – только удары палкой придавали импульс двигаться, да и тот кончался спустя пару шагов. Черт. Но бежит же этот чувак рядом, я что, первым сломаюсь?

Восьмисотый круг. Не знаю, как зовут этого парня, но мы уже просто бредем, пытаясь изобразить бег и цепляясь друг за друга, чтобы не рухнуть. Дыхание кончилось на семисотом, силы – еще раньше. Навалилось безразличие, и даже удары по спине этого особенно не меняют.

Девятисотый круг. Я уже вообще не понимаю, где я и что я – парень рядом уже просто ползет, я еще пытаюсь идти. Пояс стер все, что можно, а головокружение сменилось закрытыми глазами. Без понятия, куда я иду, но вроде бы куда надо. Мастер давно забил, и спрагингуется с Мией.

Десятая сотня. Кажется, так выглядит второе дыхание. Или у меня отказали легкие, уже сложно понять. Зрение сузилось до прямого коридорчика прямо, тело уже не болит – его просто не чувствуешь. Парень все так же держится рядом, но уже сложно понять, сам или мы друг друга попеременно тащим. Не знаю, как его зовут, но своего первенца я назову в его честь. Если выживу.

Финиш. Честно говоря, не сразу понял, что это все. А когда понял – просто рухнул на песок. Парень рядом поступил так же.

Сил говорить не было.

Отдых прервало ведро воды, вылившейся на наши головы.

– Не спать. У вас отдых десять минут. – мастер в белом кимоно выглядел не слишком довольно. Черт, похоже я провалился. Блять!

– Слушай, а тебя как зовут? – спустя пару минут молчаливого отдыха парень наконец отошел достаточно для начала разговора.

– Акира. А тебя? – разговор первоклашек, но даже просто соединять буквы в слова было сложно.

– Кеничи. – на этой крайне важной реплике разговор прервался на крайне важное дело – питье. Мия, видимо, сжалившись, кинула нам две бутылки минералки. Хоть и теплая, она казалась напитком богов.

А мой долг перед ней все растет.

Когда горло наконец перестало драть от сухости, я решил возобновить диалог.

– А ты тут сколько? – интересно же, насколько я хуже. Хоть не так обидно вылетать будет.

– Полтора месяца. – ого. А все не так плохо. Если его еще не выперли, значит может и меня оставят.

На этом наши десять счастливых минут кончились.

Ками, если я все-таки переживу эту неделю – больше меня ничто не испугает. Вообще.

– Отжимания, халявщики! Я скажу, когда хватит. – мог бы и не уточнять.

После бега стоять на месте было даже немного приятно, и так как руки раньше не напрягались, первые шестьдесят три я выдал без напряга. В тот же миг на спину обрушилась палка, сбивая мысли.

– Ты не считай, а работай. – ясно, принято, ответ не требуется.

Отжимания не были просто монотонным процессом – каждый раз, когда я снова начинал считать, наставническая палка выбивала неположенные мысли. Кеничи, впрочем, тоже этим злоупотреблял, и огребал ничуть не реже.

– Слишком вам легко. Мия-чан, будь так добра, принеси пару блинов. – что?

Остановится и посмотреть не вышло, наставник тычком отправил на землю.

Пара минут была наполнена нашим пыхтением и скучающими вздохами мастера, иногда охаживающего нас палкой. Просто чтобы не расслаблялись и не начинали халявить.