Кайли Скотт - Бас

Между тем, тишина потихоньку заставляла меня нервничать.

— Пятнадцать недель, — сказала я.

— Вау. — Он улыбнулся, и я улыбнулась в ответ, уступая ему. Как всегда.

— Думаю, мне стоит одеться.

— Нет, — сказал он. — Не волнуйся. Пойдём в мой номер и закажем тебе омлет. Ты сможешь рассказать мне обо всём за поздним завтраком.

— Ладно. С удовольствием.

Мы повернулись лицом к собравшимся. Каждая пара глаз смотрела на нас — по-видимому, наш маленький разговор завладел их вниманием. Я в какой-то степени забыла о том, что у нас были гости, которые смотрели на нас в данный момент.

— Мужик, — сказал Дэвид, хлопнув рукой по плечу Мала. — Да ладно тебе.

— Что? — нахмурился Мал.

— Всё налаживается, — объявил Джимми. — Теперь самое время поцеловаться и помириться вам, идиотам.

— Проваливай, Джимбо.

Бен отпустил мою руку, сделав шаг вперед.

— Они правы. Как долго это должно продолжаться?

С таким видом, будто он был сильно ранен, Мал повернулся к Энн. Она также кивнула, немного улыбаясь.

— То, как я поступил, было неправильно. Я дал тебе слово и должен был сдержать его. — Опустив руки по бокам, Бен повернулся к Малу. — Мы были друзьями с детства. Не стоило давать тебе повода сомневаться во мне. Прости меня.

— И ты обрюхатил её, — выпалил Мал.

— Да. Но я не сожалею об этом. Никогда не дам своему ребёнку повода думать, что он не желанный.

Глаза Мала сощурились, когда он заново оценивал Бена.

— Это не отразится на Лиз наилучшим образом, — сказал Бен, — быть вовлечённой во всё это дерьмо между нами. Ей не нужен стресс. — С глубоким вздохом Бен высоко поднял подбородок. — Чего мне это будет стоить?

— Три, — сказал Мал.

— Только не лицо. — Дэвид приблизился к парням. — Договорились?

— Он нам нужен красивым для фотографий, — сказал Джимми.

— Ладно. — Мал согнул запястья, сжав правую руку в кулак. — В любом случае, не хочу повредить эти драгоценные руки.

— Подожди! — Я бросилась вперёд, наконец-то до меня начало доходить. — Ты же не собираешься бить его. Только через мой труп.

Другие женщины выглядели покорными, и в то же время обеспокоенными. Однако никто из них не собирался вмешиваться. Было видно по их глазам. К чёрту их.

Бен повернулся, схватил меня за руку и отодвинул на шаг назад.

— Оставайся там. На всякий случай.

— Бен. Нет.

— Нам нужно с этим покончить.

— Ты же не позволишь ему ударить себя.

— Лиз…

— Я серьёзно!

— Милая, всё в порядке, — сказал он, его взгляд был нежным, а выражение лица — полным решимости. — Успокойся. Мы были друзьями долгое время. Ты должна позволить нам разобраться с этим по-своему.

Чёрта с два.

— Энн, помоги мне!

Моя сестра только поморщилась.

— Возможно, он прав. Может, нам не стоит вмешиваться.

— Если бы это был Мал, ты бы не вмешивалась? — Мысль о том, что Бен пострадает, Мал сделает ему больно, и это всё из-за меня… Мне буквально захотелось вырвать. — Мал, только дотронься до него, и я клянусь, что больше никогда не буду с тобой разговаривать.

Идиот просто закатил глаза.

— Только не начинай. Я заметил, как ты только что смотрела на него. Он тебя переубедит.

Затем, прежде чем Бен был готов, Мал врезался кулаком в живот мужчины. Бен шумно выдохнул, и я поморщилась. Он наклонился вперёд, подсознательно защищаясь. Не останавливаясь, Мал резко нанёс второй удар в бок Бена. Тот захрипел, выпрямляя спину, и Мал снова ударил его в живот. Мой собственный живот сжался в сочувствии. Он сделал это, Мал действительно сделал это.

Затем наступила оглушающая тишина. Тяжёлое дыхание Бена заполнило комнату, когда Мал протянул ладонь для рукопожатия. Всё закончилось.

Я видела пару драк в своей жизни. Одна особенно неприятная произошла в подворотне во времена моего дикого периода. Затем, естественно, была ночь, когда я объявила о беременности. По крайней мере, тогда я не чувствовала запаха крови. Насилие никогда ничего не решало. Мал не ждал, пока Бен будет готов, он бил, прежде чем у Бена был шанс приготовиться к удару, причиняя боль мужчине, который мне был небезразличен (даже слишком)… Эмоции запутали меня, выворачивая наизнанку. Я не знала, стоит ли мне расплакаться или забить на всё.

Глупые гормоны. А мужчины еще глупее.

— Всё хорошо? — спросил Мал.

— Да. Тот первый удар был славным. — Бен медленно выпрямился, боль вспыхнула на его лице. Затем он пожал руку своему приятелю. Парни шлёпали друг друга по спинам, а женщины улыбались с облегчением. Эти люди были ненормальными.