Ава Харрисон - Трансфер (ЛП)

Офис доктора Коула совсем не такой, как я ожидала. Во-первых, в Альфабет Сити (прим.: Алфабет Сити (англ. Alphabet City — Алфавитный город) — название нескольких кварталов Нью-Йорка, расположенных в районах Ист-Виллидж и Нижний Ист-Сайд в Нижнем Манхэттене). Во-вторых, в подвале темного здания. Не то, чтоб мне нужно, причудливое помещение на Парк-Авеню, но это место точно какое-то сомнительное.

Сидни прикусывает нижнюю губу и украдкой оглядывает дом.

— Итак… это выглядит...

— Как свалка? — уточняю я.

— Я собиралась сказать «необычно». Но да, выглядит как свалка, — она хватает мою руку. — Вперед, мы зашли слишком далеко. Обратного пути нет.

Я следую за ней в здание, и мы спускаемся по ступенькам на цокольный этаж. Сигнал оповещает о нашем приходе. Когда мы заходим, я сразу понимаю, что это не правильный для меня психолог. Место ужасное и грязное. Звук чего-то падающего привлекает наше внимание. Выходит мужчина, одетый в мятые брюки, а на его рубашке я замечаю пятно. Слишком непрофессиональный вид. Не то, что доктор Монтгомери. Я не могу представить себе, что так выглядит доктор. Я понимаю, что не смогу ему ничего рассказать.

— Вы, должно быть, Ева, — говорит он.

Его глаза задерживаются на мне слишком долго, от чего по спине пробегает неприятный холодок.

— Тут, кажется, недоразумение. Мне очень жаль, но мы должны идти.

Слова вылетают раньше, я хватаю руку Сидни и открываю дверь.

— Ну, это было...

Сидни замолкает, пытаясь точно подобрать слова, что же это было.

— Очень непрофессионально, да?

— Да, совершенно. Я сделаю несколько звонков и посмотрю, может, смогу еще кого-то найти. Но сначала давай найдем ближайшее метро и уберемся отсюда.

Она тянет меня вниз по улице.

Когда мы возвращаемся в Мюррей-Хилл, то решаем пройтись по Третьей Авеню, чтобы найти место и пообедать. Сидни копается в своем телефоне весь обед. К тому времени как мы заканчиваем и возвращаемся в нашу квартиру, у нее больше двух психологов, готовых со мной встретиться.

Следующие несколько дней пролетают в вихре встреч. Такое ощущение, будто я посещаю каждого психотерапевта в ближайших трех штатах... Ну, может, не совсем каждого. Один был непрофессиональным, другая — будто Снежная королева, у третьего был угнетающий голос. Не было никакого желания видеть их, не говоря о том, чтобы чувствовать себя комфортно с этими людьми и рассказать о своих проблемах. Я могу представить каждого из них, как они судят, критикуют, и, в конце концов, понимаю, что ни один из них не вернет мне чувство уверенности в себе и покой. Конечно, был еще один, кому я не звонила, и даже стала ругать себя за это. Как бы то ни было, могу ли я все ещё позвонить ему?

Помимо того, что он был красивее меня, больше ничего не останавливало. Я не могу придумать ни одной причины, почему я не вижу его в качестве моего психотерапевта. Мне было комфортно с ним. Он заставил меня чувствовать себя в безопасности, и ему удалось вернуть меня из панической атаки не один, а два раза. Оба раза он не осуждал меня. В его глазах я видела сострадание и искреннее желание, которое говорило, что он хочет помочь мне. Единственная причина, почему я не могу видеть его, — его внешность, хотя понимаю, что даже для меня это звучит как нелепая отмазка.

Что плохого в том, что он хорошо выглядит? Его внешность не должна играть особую роль в моем лечении.

У меня остается только один выход в данной ситуации...

Я звоню ему.

Глава 9

Ева

Я позвонила ему.

Ну, вернее, я позвонила в офис доктора Монтгомери.

Несмотря на мои сомнения, в глубине души что-то подсказывает мне, что он —единственный, кто может помочь с моими паническими атаками. После последних трех психологов, с которыми я встречалась, я больше не доверяю ничьим суждениям. По правде говоря, он был единственным, кто давал мне возможность чувствовать себя комфортно.

Он дарил мне чувство безопасности.

Его простые дыхательные упражнения помогали облегчить боль в груди, когда я понимала, что вот-вот потеряю сознание.

— Так, в какое время тебе назначили? — спрашивает Сидни, заходя в мою комнату. Я стою тут, по крайней мере минут десять, пытаясь решить, что надеть.

— В десять.

— Ну, тогда тебе лучше подготовиться, — улыбка расползается по ее лицу, пока она рассматривает мой наряд.