Б. Хэмел - Бэйсд

Я оглядела помещение, попытавшись найти Джесс. И сделала вывод, что она была слишком занята съёмками своего нового фильма, чтобы приехать.

В конечном итоге она справилась. Джесс изобразила борьбу Линкольна от момента самого прыжка и до окончания съёмок чем-то героическим. Бэйсду не верилось, что кто-то повёлся на это, но судя по доносящимся до нас разговорам, люди, казалось, и, правда, прониклись. Народ нескончаемым потоком подходил к нему, чтобы пожать руку и поздравить.

— Я поражена, что ты добился столь эмоциональной реакции от всех этих людей, — сказала я, ткнув его локтем в рёбра, в перерыве между его прибывающими почитателями.

— Ага. И некоторые из них настолько старые, что практически мёртвые.

Я рассмеялась.

— Ты самый бестактный человек на планете.

Линкольн остановился и улыбнулся мне. Я всё ещё не могла поверить в то, как легко он передвигался, практически незаметно прихрамывая. Но ему очевидно и, правда, не нужна была трость и это огромный прогресс.

Мы встали под большим деревом около театра, скрывшись от толпы.

— Какие планы на лето? — спросил Линкольн.

— Особо никаких. Просто тусоваться. Ничего особенного, — я игриво улыбнулась ему. — А что насчёт тебя?

Он придвинулся ближе ко мне.

— У меня есть девушка, которую я очень давно не трахал.

— Да? Я уверена, что ты скоро исправишь это упущение.

Протянув руки, Линкольн схватил меня за задницу. Я захихикала, когда он прижал меня к себе.

— Да. Так скоро, насколько это вообще возможно.

Мы пару секунд целовались, а затем слегка отстранились друг друга.

— Что, пытаешь начать прямо сейчас? — спросила я.

Линкольн огляделся по сторонам.

— А что? Ты против?

Я засмеялась.

— Думаю, что поцелуи на людях — это мой предел.

Он одарил меня хитрой ухмылкой.

— Посмотрим.

Я закатила глаза.

— Ты уверен, что Джулс не против того, что я останусь на Рождественские каникулы?

— Абсолютно. Она рада, что ты будешь с нами.

— Думаешь, она не будет возражать сейчас, когда узнала о наших отношениях?

— Возможно, немного и будет, но это нас не остановит.

Я засмеялась.

— Отлично.

Линкольн улыбнулся и обнял меня.

— Слушай, у меня есть для тебя кое-что. Ещё один сюрприз.

Я моргнула.

— И что же это?

Он сделал шаг назад и взял меня за руки.

— Сначала я хочу кое-что сказать.

— Да, конечно.

— Я охренеть как ненавижу то время, когда мы были порознь.

Я не сдержалась и рассмеялась.

— Я тоже.

— Просто до чёртиков. Такое огромное расстояние — это полнейшая лажа и я больше никогда не хочу находиться так далеко от тебя.

Я грустно кивнула.

— Ты же знаешь, что через несколько недель мне нужно вернуться обратно.

— Да, я в курсе.

— И, поверь мне, ты не хочешь жить в Саут-Бенде. В этом городе нет ничего интересного, кроме Нотр-Дама (прим. пер.: название университета) .

— Это не так уж и плохо, но ты права. Я не хочу жить там.

— Тогда я не знаю, что ещё мы можем сделать, Линкольн.

— Зато я знаю, — он сунул руку в карман пиджака и достал оттуда маленькую коробочку. — Вперёд. Возьми.

Протянув руку, я взяла её. Он улыбнулся и я, медленно развернув упаковку, сняла крышку. Внутри лежал листок, сложенный квадратом. Я вынула его и когда развернула, то поняла, что на самом деле это не один листок, а два.

Я уставилась на то, что было написано на них, и из меня вырвался счастливый смех.

— Тебе нравится? — спросил он.

— Это всё, о чём мечтает любая девушка.

Два билета до Чикаго в один конец, один для Линкольна, а другой для меня, на которых датой был проставлен, день моего отъезда в университет. Чикаго был всего лишь в двух часах езды от него.

— Я собираюсь переехать туда на время твоей учебы. А после — кто знает?

Я придвинулась ближе к нему.

— Ты будешь за рулём, — сказала я.

Он рассмеялся.

— Да, я так и подумал. Два часа — это ничто.

Мы простояли в объятьях друг друга ещё несколько минут. Мне нравилось быть прижатой к мощной груди Картера, ощущать, как она поднималась при каждом его вдохе, чувствовать его запах. Два часа и, правда, совсем не много. На выходных я могла бы оставаться в городе или он мог бы приезжать ко мне и оставаться раз или два в неделю. У нас всё получиться. Больше никакого гигантского расстояния между нами. Линкольн, наконец-то, смог бы познакомиться с моими друзьями, даже не смотря на то, что для начала им пришлось бы уложить в голове ту мысль, что он раньше был моим сводным братом. Так же он смог бы увидеть кампус, посмотрел бы, где я жила и работала.