Веся Елегон - Дети Солнца

– Да, я уже была здесь. Но тогда было достаточно солнечно. Было лето, – воспоминания о солнце померкли, смялись и почернели. Там в этой куче мусора, снова зашевелилось нечто. Сознание не выдержало натиска.

– Что ты от меня хочешь?! – крик утонул в порыве ветра. Я все-таки заплакала.

(Что же происходит? Откуда это ощущение чьего-то присутствия в моем сознании?)

Схватив себя за волосы, сгорбилась, затем села на корточки.

– Опасность, опасность!!! Ты твердишь мне это. Постоянно. Одно и то же. Но что это значит? Кто ты? – снова рыдания прервали поток слов, переполненных отчаянием.

– Господи, сколько это может продолжаться? Моя жизнь разваливается на части. Я что, схожу с ума?! Блин. Блин. И все это он, этот чертов придурок! Графическая задница! Ты мне всю жизнь искалечил!!! – я вскочила на ноги и остервенело уставилась в небо.

– Да, пускай моя жизнь ничего особенного из себя не представляла. Но это была нормальная жизнь. Без этих вот голосов в голове! – наклонилась и, схватив первый попавшийся камень, запустила его в небо.

Описав небольшую пологую дугу, камень шлепнулся в воду. Я растерянно смотрела на разбегающиеся по воде круги.

– Вот и я так же шлепнулась тогда. И ведь рассказать никому не могу. Точно в дурку отправят, – я снова села на корточки, закрыв лицо руками, прошептала: – Меня едва не убил нарисованный мной же персонаж, а теперь я начала слышать голоса в своей голове, – вслед за сказанными словами вырвался истерический смешок: – И Виктор – чертов собственник! Ну, почему у меня в жизни нет такого человека, с которым я могла бы поделиться абсолютно всем?!

Уставившись в сумеречную даль с видом – я поняла что-то важное – выдохнула в морозный воздух клубы пара. На самом деле не понимала ровным счетом ничего.

Изрядно похолодало. И недавно пролившийся первый весенний дождь превращался в лед.

– Опасность… – протяжное завывание в моей голове вновь напомнило о себе.

– Да. Ну, поняла я. Опасность. И я одна. Что же мне со всем этим делать? – мои губы растянулись в неконтролируемой улыбке, а веко на правом глазу непроизвольно дернулось.

– Опасность… – веко дернулось еще раз. Я снова хихикнула, только громче.

– Вот так и сходят с ума. С этим нужно что-то делать, – повернувшись спиной к волнующимся водам реки, я зашагала в сторону темнеющих стволов деревьев. Где-то там должна была быть тропинка. И странное дело, чем глубже я заходила в парк, тем отчетливее становился голос в моей голове.

– Опасность… душе грозит… – разобрала я.

– Чьей? Моей? – я ускорила шаг. В темноте было жутко. Голоса, звучащие в голове, лишь усугубляли эту навеваемую ночным парком жуть.

– Опасность… душе грозит… разбуди… разбуди… разбуди…

– Прямо-таки хор оперный. Вас сколько там вообще?

Тем временем парк закончился. Впереди был освещенный тротуар и широкое шоссе. Машины сновали туда-сюда. Это немного успокоило мои расходившиеся нервы. Но впереди была темная пустая квартира – и эта перспектива абсолютно не радовала.

Но делать было нечего. Нужно было возвращаться.

Голоса притихли. Теперь слышен был лишь неясный шепот. Но и он сводил с ума.

Вернувшись в квартиру, включила везде свет. Заварила себе чая. В каждом темном углу мне мерещилось что-то. Нужно было отвлечься. Наклонившись, нажала на кнопку пуска компьютера, раздался мерный гул заработавшего процессора. Загорелся монитор. Сжав горячую чашку руками, спрятанными в рукава кофты, стала ждать полной загрузки компа. Наконец, на мониторе показалось приветствие. Потянулась к мышке, но рука моя дрогнула и замерла на полпути. На рабочем столе что-то изменилось. Я пригляделась. Каждая папка была переименована. Надписи гласили:

«Опасность. Душе грозит. Разбуди.»

Дернулась всем телом. Стул упал. И чашка с горячим чаем также полетела на пол. Кинувшись к полкам с книгами, схватила первую попавшуюся. Открыв её посередине, уставилась в написанный текст:

«Разбуди. Разбуди. Разбуди…»

И так было с каждой книгой. И вообще везде, где были надписи, вместо обычных слов, названий, теперь было только это – разбуди.

Я забилась в угол комнаты. Вокруг валялись разбросанные книги. Я замёрзла, так что зуб на зуб не попадал. Не понимая почему так холодно, завернулась в одеяло, стянутое с кровати.

– С этим определенно нужно что-то делать.

Вызванная мной же скорая приехала в течении обещанных пятнадцати минут. Женщина и мужчина, одетые в белые больничные халаты, с большим интересом воззрились на меня взлохмаченную и бледную, завернутую в одеяло.