Анна Дэвис - Такси!

Я кивнула, с трудом сдерживаясь, чтобы не завыть.

— Моя догадка такая: он ехал с каким-то парнем в машине и что-то принял, чтобы легче работалось… Но все пошло не так. Совсем не так. У Джоэла передозировка, а парень паникует. Не исключено, что он некоторое время просто колесил с Джоэлом в машине. Может, не хотел сам отвозить Джоэла в больницу — женатый, или еще что-нибудь, не знаю. Но, пока он дергался, Джоэл умер.

Одышка обернулась всхлипом; слезы закапали в стакан с пивом. Индюк обернулся на меня и состроил приятелю мину: «Еще одна хренова сучка».

Моргун продолжал свое:

— А когда до этого типа дошло, что у него труп в машине, он зарулил в Пэкхем и выбросил его.

Я услышала, как что-то тяжелое, безжизненное падает на траву. Хлопнула дверца автомобиля, завизжали шины. На миг я закрыла глаза, чтобы не видеть Крэйга. И увидела Джоэла в костюме от Армани; дерзкий, полный надежд, он кружил меня в объятиях.

— Думаешь, так и было? — спросила я сдавленно.

Моргун снова вытащил платок и протянул его мне.

— Конечно, придется подождать, что покажет вскрытие, но… Да, думаю, произошло именно это. — Он достал пачку сигарет, закурил, внимательно глядя на меня. — Мальчики вроде Джоэла долго не живут.

— Как бабочки, — поделилась я с пивом. Платок я у Крэйга взяла и громко высморкалась.

— Знаешь, я понимаю, что выбрал плохое время, но…

Господи, что еще?

Моргун вытащил из пепельницы на столе пакетик от чипсов и начал складывать его в квадратики — все меньше и меньше, а потом перешел на треугольники.

— Я должен с тобой поговорить.

— Слышать ничего не хочу. — Я попыталась встать, но Моргун крепко ухватил меня за запястье, и я снова опустилась на стул.

— Я люблю тебя, Кэтрин.

— У тебя голова дерьмом набита. — Как Эми сказала? Между нами было столько лжи, что пути дальше нет, как бы мы ни хотели обратного. — И ты все еще женат, верно?

— Больше нет. — Он выпустил наконец мое запястье.

— Ради бога… — Я схватила пиво и ахнула сколько смогла.

Немного же оставалось в стакане, когда я поставила его обратно на стол.

— Мой брак умер. Сдох еще до того, как я тебя встретил, а теперь и вовсе мертвее мертвого. Мы с Марианной расстаемся.

— Да, конечно.

Вид у меня, кажется, был такой, будто я снова собираюсь ему врезать. Моргун нервно заерзал и потер ушибленную щеку. Но быстро взял себя в руки.

— Может, хватит разыгрывать из себя жертву, Кэтрин? Ведь и ты не была честна со мной. Скольких любовников ты держала все это время? Трахалась со Стефаном Муковски? Трахалась с тем парнишкой?

— Дырка ты, Крэйг.

— Да ты сама дырка.

— Так, всё. — Я встала и взяла свою куртку, но он не унимался:

— В тот первый день, в Саффрон-Уолден, мы были настоящими друг с другом, Кэтрин. Я никогда еще не был таким настоящим!

— Да-а? Ну так получи еще кое-что настоящее: я притворялась каждый раз, когда мы с тобой это делали.

Индюк с приятелем глазели на нас с отъехавшими челюстями. Моргун и сам разинул рот. Я его подрезала именно тогда, когда он собирался изречь что-то умное.

— Пока, Моргун.

Хотела бы я сполна насладиться этим моментом. С удовольствием осталась бы и позлорадствовала — а то и добавила кое-что похлеще. Такое, чтобы перепало и парням за соседним столиком. Но слезы вновь подступали к глазам, и я выбежала из зала.

Я ехала и плакала, ехала и плакала. Проползла по Камберуэллу, покружила у «Слона», проскользнула через Саутуорк, переехала мост Блэкфрайарз, под которым бежала гладкая и темная река, и свернула в Сити. И плакала не переставая. Надо было встретиться с родителями Джоэла, попытаться хоть как-то утешить их, а заодно и себя. Но для этого пришлось бы слишком много лгать.

Только выпивка поможет сдержать то, что пульсирует у меня в голове.

Сделав пару глотков и убирая бутылку, «Гленфиддиха» я мельком глянула в зеркальце. Внутри все подскочило, я едва сдержала крик: Джоэл сидел сзади, голова его моталась в такт движению машины, из ноздрей лились сопли и кровь. Я резко нажала на тормоз, его голова качнулась, и я увидела глаза — там, в парке, они были закрыты. Его глаза, некогда такие красивые, были неподвижны, пусты. И мертвы.

Нырнув в тупичок, я выдернула ключ из зажигания, чтобы прийти в себя. Конечно же, ничего не было — просто трещина на скользкой глади реальности, иллюзия, порожденная тенями, страхами и снами наяву.

Когда сердце перестало мчаться как бешеное и дыхание выровнялось, я снова завела мотор и направилась туда, где хотела очутиться больше всего на свете, в единственное место, которое кажется мне настоящим. Дом Ричарда в Крауч-Энде.