Даниэла Стил - Саманта

— Конечно — конечно! Вы извините, что я к вам обратилась с такой просьбой. Но, с другой стороны, если бы я этого не сделала, то никогда бы не узнала про Билла. Как же вы могли мне не сообщить! Но, тетя Каро, вы действительно уверены, что справитесь сами?

— Совершенно уверена. Если мне понадобится твоя помощь, я тебе позвоню.

— Обещаете?

— Торжественно. — Кэролайн улыбнулась.

И тут Сэм тихонько спросила:

— Он у вас дома?

Она надеялась, что да, ведь так и тете Каро легче за ним ухаживать, и ему гораздо лучше.

Но Кэролайн вздохнула и покачала головой.

— Нет, конечно. Он такой упрямый, Сэм! Он остался в своем домике. И теперь мне приходится прокрадываться к нему по ночам.

— Но это нелепо! Неужели нельзя положить его в комнату для гостей? Черт побери, он же почти тридцать лет служит у вас управляющим! Неужели его присутствие в вашем доме может кого‑нибудь шокировать?

— Он так считает, а я не хочу его расстраивать, поэтому пусть будет так, как он хочет.

— Ох уж эти мне мужчины! — сердито фыркнула Сэм.

Кэролайн рассмеялась:

— Я с тобой полностью согласна.

— Ладно, передавай ему от меня привет. Пусть не волнуется, а я позвоню через пару дней, чтобы узнать, как он. — И прежде чем повесить трубку, Саманта сказала: —Я люблю вас, тетя Каро.

— Я тебя тоже люблю, дорогая Сэм.

Теперь их, кроме всего прочего, связывала общая тайна: они обе любили ковбоев и обе пострадали от глупых правил этикета, соблюдавшегося во взаимоотношениях хозяев ранчо и их работников. После того как Кэролайн чуть не потеряла своего любимого Билла, она смогла наконец постичь всю глубину страданий Саманты.

За десять дней Сэм успела слетать на средний запад, на юго- запад и вернуться на север страны. И только настойчивые уверения Кэролайн, что Билл чувствует себя гораздо лучше, удержали ее от поездки в Калифорнию. Приезжая куда‑то, Саманта брала напрокат машину, ночевала в маленьких мотелях, проезжала за день сотни миль и вела переговоры с хозяевами ранчо, со всеми подряд. А еще — уже в личных целях — опрашивала ковбоев, работавших на этих ранчо. Что касается задач рекламного агентства «Крейн, Харпер и Лауб», через десять дней они были выполнены: Саманта выбрала четыре великолепных ранчо, каждое из которых было совершенно непохоже на другие, но при этом все располагались в очень живописной местности. На таком фоне можно было снять сногсшибательный рекламный ролик! Однако в своих личных делах Сэм неизменно терпела неудачу. Поэтому, когда она возвращалась в Нью — Йорк, к чувству торжества и гордости за отлично выполненную работу примешивалось и горькое сожаление из‑за того, что она не смогла найти Тейта. Сэм каждый вечер звонила из гостиниц, где она останавливалась, Кэролайн справлялась о здоровье Билла, а потом принималась рассказывать, с кем она переговорила за день, что ей сказали… и опять терялась в догадках, не зная, что же все‑таки случилось с Тейтом, куда он уехал, в каком направлении. За три месяца после его исчезновения она успела переговорить со столькими людьми, что наверняка, если бы кто‑то его обнаружил: мельком увидел, пообщался или нанял на работу, — ей сообщили бы. На всех ранчо Саманта оставляла свою визитную карточку, и, конечно, это хоть где‑то аукнулось бы. Может, Тейт решил по пути навестить родственников? Однако Кэролайн упорно твердила, что он может оказаться где угодно, на любом ранчо, и вполне вероятно, Сэм вообще его никогда больше не встретит. Кэролайн считала, что Саманте нужно посмотреть фактам в лицо. Для ее же собственного блага!

— Нет, я никогда не сдамся! — упрямо пробормотала Сэм в предыдущем вечернем разговоре.

— Хорошо, ноты не можешь ждать его всю оставшуюся жизнь!

Сэм подумала: «А почему?» Но вслух этого говорить не стала, и беседа перешла в другое русло, вновь вернувшись к здоровью Билла. Кэролайн уверяла, что он чувствует себя значительно лучше, однако пока еще слаб.

Когда самолет приземлился в Нью — Йорке, Сэм опять вспомнила про Билла и, разумеется, про Тейта. Она прекрасно понимала, что в ближайший месяц будет думать о нем ежедневно, ежеминутно, поскольку ей придется выбирать актера на роль ковбоя в рекламном фильме. С заказчиком уже договорились, что ковбоев должно быть не четверо, а один. Этот мужчина будет олицетворять собой силу, мужественность, добродушие, искренность и обаяние, присущие мужчинам Америки. Сэм мечтала о том, чтобы найти человека, похожего на Тейта, на него — и ни на кого другого.