Даниэла Стил - Саманта

— А что плохого? — Сэм отчаянно старалась сдержаться, не закричать.

— Как что? Он же вчера уехал. — Джош дружелюбно улыбнулся и сделал шаг вперед, потому что очередь немного продвинулась.

— Куда уехал? — Сердце Саманты забилось так громко, что она с трудом разбирала ответы Джоша.

Он пожал плечами.

— Мне кажется, никто не знает. Может, его сын на «Барм — три»

в курсе? *

— Что вы такое говорите, черт побери? — Сэм уже почти кричала.

— О Господи, Сэм, да не переживай ты так. Ну, уехал Тейт Джордан. Уволился.

— Когда? — У Саманты мелькнула мысль, что она

сейчас упадет в обморок.

— Вчера. Об этом он и собирался поговорить вчера с Биллом Кингом. Вообще‑то он вчера утром мне рассказал о своих планах. Когда попросил заменить его. Тейт сказал, что давно хотел уехать. И наконец выдался подходящий момент. — Джош передернул плечами. — Вот жалость‑то! Он был бы прекрасной заменой Биллу Кингу.

— Значит, он взял — и вот так, с бухты — барахты, уволился, да? Не предупредил за две недели, не подыскал кого‑нибудь на свое место? Да? — Г лаза Саманты уже жгли слезы.

— Да, Сэм, тут у нас не Уолл — стрит. Если человеку вдруг приспичило уехать, он уезжает. Утром Тейт приобрел грузовик, сложил в кузов все пожитки и — поминай как звали!

— Он уехал навсегда? — У Сэм встал в горле комок, она задыхалась.

— Конечно. Возвращаться бессмысленно, прошлого не воротишь. Я однажды попытался вернуться. И понял, что совершил ошибку. Если Тейт был здесь несчастлив, то значит, он правильно сделал, что уехал.

Ах вот как? Неужели он действительно был здесь несчастлив? Что ж, приятно слышать…

Джош пристально поглядел на Саманту.

— Сэм! Тебе нездоровится?

— Нет. Все нормально, — но вид у Саманты был ужасающий, лицо приобрело землистый оттенок. — Просто я не очень хорошо сплю последнее время.

Ей надо загнать слезы внутрь… надо… обязательно надо! И потом… оснований для паники пока нет! Билл Кинг наверняка знает, куда уехал Тейт. А если он не в курсе, то сын все скажет. Она поедет и разыщет его. Нет, этому типу не удастся так просто ускользнуть! Пусть не мечтает! А когда она найдет его, то он больше никогда так с ней не поступит. Никогда!

— Знаешь, — Джош по — прежнему не сводил с Саманты глаз, — ты и вчера плохо выглядела. Может, простудилась?

— Да. — Сэм старалась не подавать виду, что новость об отъезде Тейта Джордана поразила ее в самое сердце. — Может быть.

— Тогда какого рожна ты торчишь здесь? Отправляйся домой н ложись в постель.

Сэм попробовала было воспротивиться, но поняла, что не в состоянии продержаться в седле двенадцать часов. Да она сойдет с ума, гадая, куда подевался Тейт! Поэтому она вяло кивнула, сказала Джошу спасибо и ушла из столовой. Добежав до дома Кэролайн, ворвалась в дверь и застыла. Ее душили рыдания, она упала на колени перед диваном и в отчаянии поникла головой. Нет! Этой второй утраты она не перенесет! Кто угодно, только не Тейт!..

Умирая от тоски, безудержно рыдая, Саманта не сразу заметила Кэролайн, которая стояла рядом, ласково гладя ее по плечу и приглаживая растрепавшиеся светлые волосы. Через несколько мгновепий Саманта подняла голову. Лицо ее покраснело и распухло, в глазах застыло дикое выражение. Она впилась взглядом в Кэролайн, но та лишь закивала, шепча ласковые слова, обняла Сэм и потихоньку усадила ее на диван.

Лишь спустя полчаса Сэм обрела дар речи. Кэролайн за все это время не произнесла ни слова. Она просто сидела рядом, гладила Саманту по спине и ждала. Что тут скажешь? Кэролайн до боли было обидно, что Сэм, едва оправившись от одного удара, получила новый. В глубине души Кэролайн догадывалась насчет Сэм и Тэйта. И уже накануне, когда Билл Кинг сообщил ей об отъезде Тейта Джордана, сердце ее сжалось от тоски. Но переубеждать или пытаться остановить Тейта было поздно. Билл принес ей это известие в конце дня, когда Тейт уже уехал, и Кэролайн заботило теперь голько то, как переживет случившееся Саманта. Накануне Кэронами не отважилась заговорить с Сэм про Тейта. Подумала, что это может и подождать.

Когда Саманта повернула к Кэролайн свое лицо, на котором и выступили красные пятна — глаза Сэм опухли и тоже страшно покраснели, — во взгляде, устремленном на подругу, не было никами о притворства.

Он уехал! О Боже, Каро, он уехал. А я люблю его… — Сэм не в силах была продолжать.

Кэролайн кивнула. Она прекрасно понимала чувства Саманты. Недаром когда‑то пыталась ей объяснить, что здесь люди во многом иначе смотрят на вещи, и то, что кажется Сэм совершенно неважным, для Тейта может иметь огромное значение.