Даниэла Стил - Саманта

ощутила прилив благодарности. Все‑таки она рада, что приехала в Калиифорнию! Саманта из подтишка поглядывала на Билла, который уже почти подъехал к ранчо, вот уже больше двух десятилетий служат ему домом, и неожиданно поймала себя на мысли о том, что ее опять интересует, насколько далеко зашли отношения Билла и Кэролайн. В шестьдесят три года Билл еще не утратил красоты и мужественности: широкие плечи, длинные ноги, могучие руки и блестящие голубые глаза придавали его облику особую силу и свой не повторимый стиль. Ковбойская шляпа выглядела на Билле великолепно, джинсы сидели как влитые. Ни один из этих ковбойских и атрибутов не смотрелся пошло или глупо. Биллу не было здесь равных, он был гордостью ковбоев. Морщины на его лице лишь придавши очарование красивым чертам, а низкий, хрипловатый баритон с годами совершенно не менялся. С непокрытой головой рост Билла был шесть футов четыре дюйма; когда же он надевал свой сомбреро, то становился просто верзилой.

Машина въехала в главные ворота ранчо, и у Саманты вырвался вздох облегчения. Или она вскрикнула от боли? Ее обуревали противоречивые чувства. После указателя, на котором было написано: Ранчо «Лорд» — с витиеватой, вырезанной по дереву буквой Л, такой же, как и на клейме для скота, — они проехали еще целую милю. Саманта вела себя как нетерпеливый ребенок: она затаила дыхание, ожидая, что впереди вдруг покажется дом, однако прошло еще десять минут, прежде чем они свернули на частную дорогу и ранчо наконец вырос впереди. Казалось, Саманта попала на старинную плантацию: большой прекрасный белый дом с темно — синими ставнями и кирпичной трубой, просторным крыльцом и широкими ступеньками был окружен клумбами, которые поражали в разгар лета буйством красок; а за домом высились стеной гигантские, великолепные деревья. Дом стоял на пригорке, и внизу, у подножия холма, росла одинокая ива и был устроен маленький пруд, заросший водяными лилиями и густо населенный лягушками. Рядом находились конюшни, за ними — сараи, а вокруг, куда ни посмотри, были построены домики для рабочих. Сэм часто считала, что ранчо всегда так выглядят, однако, побывав на других, быстро убедилась в своей ошибке. Мало где еще поддерживался такой идеальный порядок, мало где все было так красиво, так ухожено… и однако же ни Кэролайн Лорд, ни Билл Кинг этим не кичились!

— Ну, барышня, как вам тут у нас? — Пикап остановился, и Билл с привычной гордостью оглядел двор. Ведь именно он помог превратить ранчо «Лорд» в образцовое хозяйство, и все здесь поддерживалось в идеальном порядке в основном благодаря ему. — Что‑нибудь изменилось?

— Нет.

Саманта улыбнулась, озираясь в темноте. Однако луна светила ярко, дом был освещен, в коттеджах рабочих и в главном зале, где они обедали и играли в карты, горел свет; возле конюшен тоже были зажжены яркие фонари, и Саманта легко убедилась в том, что на ранчо почти все осталось без изменений.

— Тут у нас есть кое — какие технические усовершенствования, но сейчас они не видны.

— Вот и отлично! А то я боялась, что тут теперь все другое.

— Ничего подобного!

Билл два раза нажал на гудок, и тут же дверь главного дома отворилась, и на пороге показалась высокая, худощавая седая женщина, которая сначала улыбнулась Биллу, а потом, в следующую секунду, — Саманте. Женщина всего лишь на мгновение замялась, вглядываясь в свою молодую гостью, а затем легко сбежала по ступенькам, протянула руки и сжала Саманту в крепких объятиях.

— Добро пожаловать домой, Саманта. Добро пожаловать домой!

И когда она почувствовала запах духов Кэролайн Лорд, когда густые седые волосы коснулись ее щеки, на глаза Саманты навернулись слезы, и она и вправду ощутила, что вернулась домой. Женщины почти сразу же разомкнули объятия, Кэролайн чуть отступила назад и поглядела на Саманту с улыбкой.

— Боже, до чего ты похорошела, Сэм! Ты еще красивее, чем в прошлый раз.

— Чепуха! Вот ты — это да!

Кэролайн стала еще тоньше, стройнее и еще больше напоминала тростинку, чем раньше; глаза ее ярко сияли, и все говорило о том, что жизнь в ней бьет ключом, что она не утратила изюминку. Кэролайн нисколько не подурнела со времени их последней встречи, когда ей было пятьдесят с небольшим, и теперь, в шестьдесят шесть, она по — прежнему была красива, и даже в джинсах и мужской хлопчатобумажной рубашке смотрелась великолепно, никто не посмел бы отрицать, что у нее есть свой стиль. Шея Кэролайн была обвязана ярко — голубым шарфом, в пояс джинсов вставлен старинный индейский ремень, ковбойские сапоги изумляли своим глубоким яшмовым цветом. Поднимаясь вслед за Кэролайн по ступенькам дома, Саманта в какой‑то момент опустила глаза и задохнулась от восторга.