Даниэла Стил - Саманта

— О’кей, давайте занесем наши вещи, а потом я проведу вас по усадьбе.

Однако теперь, очутившись на ранчо, Сэм уже не хотела этого. Ей не хотелось заходить ни в дом, ни в конюшню, не хотелось видеть Черного Красавчика, Навахо и других лошадей. Она желала увидеть лишь Кэролайн, Билла Кинга и Тейта Джордана и вновь зажить той жизнью, которая никогда уже не вернется. Когда она пересела из машины в инвалидное кресло и Чарли повез ее по ступенькам к двери дома, в горле Саманты стоял комок величиной с яблоко. Она медленно заехала в дом и осмотрелась. Затем, так же не спеша, покатилась по коридору к своей комнате. В следующую минуту сыновья Чарли вприпрыжку пробежали мимо Саманты; она натянуто улыбнулась, показала мальчикам их комнату и возвратилась в гостиную к Чарли и Мелли. Сэм направила друзей в их комнату, однако сама туда заглядывать не стала. Ей не хотелось видеть пустую спальню, которая когда‑то принадлежала Каро и Биллу.

— Как ты себя чувствуешь? — ласково посмотрела на нее Мелинда.

Саманта кивнула:

— Все в порядке. Честное слово!

— У тебя усталый вид.

Однако Сэм не устала, она просто была сейчас ужасно несчастной.

— Нет, все чудесно.

Сэм снова до боли отчетливо вспомнила, в каком состоянии она покидала ранчо, не зная, где Тейт и удастся ли найти его, однако еще не теряя надежды. Теперь она твердо знала, что никогда его не увидит. А в довершение всех бед она и Каро потеряла… Эти мысли были невыносимо тяжким грузом. А потом, сидя у окна и глядя на холмы, погружавшиеся в сумрак, Сэм увидела кривоногую фигурку, которая приближалась к дому… казалось, это эльф или какой‑то лесной дух… И вдруг влажные глаза Саманты радостно заблестели. Это же Джош!.. Он заметил, что в доме зажглись огни, и спешит к ней. Расплывшись в улыбке, Сэм доехала до двери, распахнула ее и замерла на крыльце.

Но Джош остановился как вкопанный и, потрясенно глядя на нее, пробормотал:

— О Господи…

Только тут Сэм наконец осознала, что плачет. Джош тоже заплакал и кинулся вверх по ступенькам, а она принялась спускаться вниз, и на полпути они встретились, Джош склонился над Самантой, обнял ее, поддерживая, и они вместе оплакивали Билла и Каро, Тейта и… саму Саманту. Казалось, несколько часов подряд слышались лишь их полузадушенные всхлипы, потом сухопарый пожилой ковбой громко всхлипнул и выпрямился.

— Почему мне никто не сказал, Сэм?

— Я думала, мисс Каро…

Он покачал головой, и на его лице появилось выражение отчаяния.

— Как это произошло?

На миг Сэм закрыла глаза, но тут же снова открыла. Казалось, она тоже была в шоке. Саманта как бы увидела себя со стороны… теперь она калека, сидящая в инвалидном кресле, а вовсе не гордая белогривая лошадка, носившаяся по всему ранчо. Ей вдруг почудилось, что жизнь ее кончена, что она вмиг состарилась. Она не управится с этим хозяйством! Это невозможно. На нее будут реагировать так же, как Джош. Мало ли что ей внушали в нью — йоркской больнице! Она калека, калека…

— Сэм…

— Все в порядке, Джош. — Саманта ласково улыбнулась ему и глубоко вздохнула. — Это случилось в Колорадо, почти год уже прошел. Я сама виновата.

Воспоминания потускнели, но Сэм, разумеется, не забыла серого жеребца… Серого Дьявола и тот миг, растянувшийся на целую вечность, когда она взлетела в воздух…

— Я вела себя неосторожно, а жеребец попался норовистый. Он был как бешеный, я не удержалась на нем, и он сбросил меня в овраг.

— Зачем?.. Зачем ты так рисковала? — Пристально смотревшие на Саманту глаза Джоша снова наполнились слезами. Он инстинктивно догадался, что она слишком быстро скакала, и Саманта не стала этого отрицать.

— Не знаю, — вздохнула она. — Должно быть, голову потеряла. Мне кажется, поездив на Черном Красавчике, я решила, что в состоянии совладать с любой лошадью. И потом… я была чем‑то расстроена. — Сэм расстроилась из‑за Тейта, но не захотела говорить об этом Джошу. — Вот так все и случилось.

— А ты не хочешь подать на них… Может, они?.. — Он не знал, как закончить фразу, но она без труда поняла его и покачала головой.

— Нет. Это случилось по моей вине. Но я думала, ты знаешь. Думала, Кэролайн тебе сообщила.

— Нет, она ни словом не обмолвилась.

— Наверное, она слишком была поглощена Биллом. С ним ведь в то время случился первый сердечный приступ. Я хотела приехать, но была очень занята по работе, а потом… — Сэм запнулась, но тут же продолжила: — Потом я десять месяцев пролежала в больнице. — Она обвела взглядом знакомые домики. — Мне, конечно, надо было приехать после больницы, но я… не знаю, наверное, я боялась. Боялась увидеть то, что мне уже не под силу, поэтому я больше не повидалась с Каро. Джош, — губы Сэм задрожали, — она так убивалась после смерти Билла, а я ей ничем не помогла.