Трейси Митчелл - Стерва

Потом все забылось… как-то растаяло в памяти. Но еще долгое время она видела кошмарные сны по ночам, и каждый раз они были связаны с Джери. Элис никому не рассказывала об этой маленькой тайне своего детства. Почему же сейчас воспоминание шевельнулось где-то в глубине ее памяти?

Она вспомнила слова преподавателя психологии: «Мы знаем больше, чем думаем. Больше, чем нам кажется. Просто часть правды живет в нашем сознании, а другая в подсознании. В нужные моменты подсознание дает нам сигнал, к нему лучше прислушаться».

Но какое это имеет отношение к Джери?

Элис замерла на месте, пораженная внезапной мыслью, осветившей ее мозг.

«Надо прокрутить эту кассету еще раз».

Алекс Китон шевельнулся во сне. В окно его спальни подул свежий ветерок. В саду послышались голоса.

Элис тихо выскользнула из комнаты.

Дженнифер и ее мать разговаривали по телефону.

— Дорогая, ну почему ты не дашь ему еще один шанс?

— Мама, мы уже говорили об этом.

— Ты не права. Ты же любишь его.

— Любила.

— А сейчас — нет?

— Нет, — уверенно солгала она. — Дин Стэнтон больше ничего для меня не значит.

— Джен!

— Это правда, мама. Человек, который так поступил со мной, ничего другого и не заслуживает.

— Дин — хороший парень. Я уверена, что у него были причины.

— Он мне о них не сказал. Не счел нужным. Просто исчез на два года, и все.

— Ты имеешь полное право сердиться. Но… может, все-таки поговоришь с ним?

— И не подумаю.

— Дженнифер, до чего ты упряма!

— Какая есть. И… мама, хватит об этом.

— Как скажешь. И все-таки… до чего обидно. Вы такая хорошая пара.

— Мама, еще одно слово об этом типе, и я вешаю трубку.

— Ну почему ты отказываешься от счастья?

— Счастье и Дин Стэнтон? Это несовместимые понятия, мама.

Дженнифер еще долго сидела задумавшись, когда в дверь позвонили. Она нехотя пошла открывать.

В глазок она увидела огромный букет цветов. Он заслонял человека, видны были только руки, но эти руки Джен знала очень хорошо.

— Дин, я тебе не открою.

— Тогда я не уйду. Так и буду стоять здесь всю ночь.

Джен впустила его. Такого великолепного букета она не получала еще ни разу.

— Тебе не стоило…

— Джен, пожалуйста, выслушай меня.

На ее глазах заблестели непрошеные слезы. Она взяла букет и прижала его к груди. Дин молча смотрел на нее, не зная, с чего начать. Слишком долго он не был с ней откровенен.

Элис сидела в комнате, из которой выбежала в свадебном платье два дня назад, и с замиранием сердца ждала, когда на экране появится изображение.

Вот, началось… Тревис и эта девица.

Никаких сомнений, действительно Тревис.

Да, он. Это точно. Сейчас она хорошо его разглядела.

Девушку не узнать. Но есть в ней что-то неуловимо знакомое.

Какая фигура… И эти три родинки на левой груди…

Боже мой!

Элис нажала на «стоп». И в этот момент в комнату вошла Джери.

— Что смотришь? — спросила она фальшиво беззаботным тоном. И Элис мгновенно почувствовала эту фальшь.

Джери наклонилась, в вырезе платья на ее груди Элис увидела те самые родинки.

«Не может быть!»

Но внутренний голос шепнул ей в это мгновение: «Может. Ты видишь именно то, что должна».

Элис вздрогнула, но каким-то чудом сумела овладеть собой.

— Джери, — обратилась она к вероломной подруге как ни в чем не бывало, — я тут ищу кое-что. Ты мне не поможешь?

Джери кивнула. И Элис с удовлетворением отметила, что «подруга» ничего не заметила.

«Оказывается, я могу быть неплохой актрисой, — отметила она мысленно. И сама себе удивилась. — Я не знала ее, не знала Тревиса… и, оказывается, не знала себя».

И боль в который уже раз со времени возвращения домой уступила место изумлению — откуда в ней эта сила и выдержка? Откуда? Элис почувствовала какую-то пока еще робкую гордость за себя, за свою способность выстоять вопреки обстоятельствам. Что-то у нее внутри распрямилось. И стало легче дышать.

Но так больно… так больно… что кажется, эта боль никогда не пройдет. Что же ей теперь делать со всем этим? Что? Элис не знала. Джери смотрела на ее, не понимая, что значит это странное молчание, и не подозревая о его причине.

Элис очнулась от своей задумчивости и внимательно взглянула Джери прямо в глаза.

— Я ищу один старый журнал, — сказала она, — вряд ли ты знаешь, где он. Я лучше спрошу у Бренды.

Джери вдруг стало не по себе.

«Уж не тронулась ли она умом? — подумала Джери. — Если так, все становится проще. Я получу ее денежки, чего бы мне это ни стоило».