Анжела Марко - Мануэла

— Послушай, Исабель… — но договорить он не успел.

— Я не хочу больше ничего слышать! — бросила она ему в лицо.

— Но я хотел помочь тебе, — Фернандо растерялся, ему была непонятна такая категоричность в отказе.

— Замолчи! — Исабель готова была вот-вот расплакаться.

В это время дверь в комнату, где они находились, отворилась и вошел Бенигно, готовый вышвырнуть вон этого непрошеного гостя.

— Извини меня, — пробормотал Фернандо при виде старого слуги. Ему стало неловко за тот шум, который возник по его вине.

— Вам помочь, сеньорита Исабель? — спросил Бенигно, не спуская глаз с Фернандо.

— Нет, Бенигно, спасибо, — овладела собой Исабель, хотя минуту назад готова была позвать верного слугу. — Проводи этого господина к выходу, а то, боюсь, он сам не найдет дороги обратно, — приказала она Бенигно.

Фернандо, пораженный всем случившимся и особенно последним ее распоряжением, стоял и смотрел на Исабель, надеясь, что она передумает. Бенигно сделал шаг в его сторону и указал рукой на открытую дверь. Жест красноречиво говорил о том, что его просят выйти из комнаты. Фернандо вынужден был подчиниться. Не мог же он, в самом деле, оказывать сопротивление этому почтенному старику. Склонив голову на прощание, он вышел из комнаты. Бенигно последовал за ним, прикрыв за собой дверь. Исабель опустилась в кресло, почувствовав, что силы окончательно оставили ее. «Какой тяжелый выдался день», — подумала она. Никогда еще до сих пор ей не приходилось столько переживать и волноваться. Сначала этот непонятный конфликт между матерью и Бернардой. Потом история, полная драматизма, которую начала рассказывать Бернарда, предупредив о том, что эта история имеет непосредственное отношение к ней. Визит Фернандо, непрошенный и неожиданный, и из-за этого даже оскорбительный. Приди он в другой день, вполне могло случиться так, что она с удовольствием приняла бы его и представила матери. Исабель устало обхватила голову руками и закрыла глаза. Ей хотелось забыть об окружающем мире и ни о чем не думать.

После того как Исабель ушла, Бернарда поняла, что может действительно произойти то, чего добивалась мадам Герреро. Она не сможет рассказать свою историю Исабель до конца. Прошло уже порядочно времени, как Исабель ушла, — достаточно, чтобы выпроводить незваного посетителя. Это очень огорчило Бернарду. Она так надеялась, что сегодня покончит с этим мучением, с этим кошмаром, преследующим ее уже много лет. Женщина так задумалась, что не услышала голоса мадам Герреро, которая звала ее.

— Бернарда! Бернарда! Ты что, не слышишь меня? — Мадам приподнялась, стараясь понять, чем вызвана такая рассеянность Бернарды.

— Мадам? — очнулась от своих невеселых дум Бернарда и повернулась к хозяйке.

— Я зову тебя уже несколько минут, — сообщила мадам. — Ты что, оглохла? Что с тобой случилось? Или ты возомнила о себе Бог знает что? Рановато! Пока ты моя служанка. — Мадам опустилась на подушки. Даже легкое напряжение отнимало у нее силы.

— Извините, мадам, я просто не поняла. — Бернарда сделала вид, что внимательно слушает хозяйку.

— Все мечтаешь? — упрекнула мадам, прекрасно понимая, что написанная на лице Бернарды готовность всего лишь маска. — Мечтаешь о волшебных историях? — коротко засмеялась она.

— Да, мадам, вы угадали. — Бернарда решила не уступать позиции, которые с таким трудом ей удалось отвоевать во время своего рассказа. — Я мечтала о волшебных сказках. Они учат нас многим вещам, которые не всякий может себе представить.

— Ну, а тебя, к примеру, чему они научили? — Мадам Герреро скривила губы в иронической усмешке. Как ей хотелось почувствовать себя сейчас не больной и бессильной, а наоборот. Она сумела бы поставить все на свои места. Все было бы так, как она захочет. Но, увы, ей приходится лежать в постели и зависеть даже от прислуги.

— Меня они, к примеру, — отвечала Бернарда, нимало не смущаясь иронией хозяйки, — научили, что с теми, кто не выполняет договоров, — при этом она взглядом дала понять мадам Герреро, что сказанное в первую очередь относится к ней, — случаются очень неприятные вещи. Достаточно вспомнить хотя бы Белоснежку или Золушку…

— Бернарда! — Мадам Герреро не испугалась намеков Бернарды. Она освободила из-под одеяла тощую от болезни руку и погрозила служанке пальцем, как маленькой девочке. — Я предупреждаю, у тебя ничего не получится из того, что ты задумала. Ты все равно не добьешься своего. Это не зависит от того, буду я лежать в постели или нет.