Джин Дейл - Фейерверк

Он никак не мог понять, что все ее усилия были героическими. Выросшая в доме, полном слуг, воспитанная дедом, который превыше всего ставил благопристойность, она совершенно не владела искусством стирки и уборки. До такой степени, что уже после первого курса университета ей пришлось покинуть студенческое общежитие. Она сняла квартиру с прислугой, которая приходила ежедневно и выполняла всю тяжелую работу, в том числе мыла посуду и вешала в шкаф ее одежду.

Но она учла свои недостатки и старалась доказать, что может измениться. Означала ли его похвала, что и он кое-чему научился, пока они жили врозь?

Позавтракав и вымыв посуду, Джесси вежливо пригласил ее покататься верхом. Мэг так же вежливо отказалась. Пока все идет прекрасно. Не стоит искушать судьбу и проводить вместе слишком много времени.

Она слышала, как он уехал. Когда же он вернулся через несколько часов, Мэг сидела на полу перед остывшим камином, а рядом с ней на коврике стоял маленький потрепанный чемодан. Вокруг на полу лежало множество семейных фотографий.

— Смотри, — приветливо сказала она, — я нашла фамильное сокровище Таггартов!

Джесси мало рассказывал ей о своей семье, но теперь Мэг понимала, что это, скорей всего, из-за того, что она особенно и не интересовалась. Первый год супружеской жизни они были заняты исключительно друг другом; во второй год все их интересы сосредоточились на ребенке.

Весь третий год они выясняли отношения, которые так и не выяснили. А после этого пять лет жили врозь.

Конечно, она знала, что Таггарты были среди первых поселенцев Техаса, но это, пожалуй, и все. Ей даже не приходило в голову, что история их семьи может быть не менее интересной, чем история ее собственных предков, приплывших в Новую Англию на «Мэйфлауэр». Теперь она краснела при одной мысли о своем снобизме.

Джесси с улыбкой оглядел найденные ею сокровища, наклонился и поднял фотографию.

— Это бабушка Тома Ти, Диана, — сказал он, подтверждая то, что Мэг смогла прочесть на обороте снимка. — Она вышла замуж за Джеймса Таггарта, отсюда мое второе имя. Ее семья перебралась на Юг после войны.

— После гражданской войны.

Он ухмыльнулся.

— Войны за права Юга, против агрессии северян.

— А, я поняла, ты имеешь в виду бунт южан, — радостно закивала она.

В ответ он лишь скептически поднял брови, потом опустился на пол рядом с ней.

— Где ты отыскала чемодан? — спросил Джесси, поглаживая старую, облупившуюся кожу.

— На полу в кладовке. Ничего, что я в нем роюсь?

— Ну конечно! Мы же здесь все Таггарты.

Во всяком случае — пока. Мэг взяла в руки следующую фотографию, изображавшую серьезную молодую женщину. Она была одета в простое темное платье с великолепной брошью-камеей, и даже спустя многие десятилетия на снимке было видно, что глаза ее светятся необыкновенной волей и умом.

— А это моя двоюродная прабабушка, Роза, — пояснил Джесси. — Ее имя связывают с тем знаменитым воякой, который похоронен на маленьком кладбище в Шоудауне. Тогда это был тихий городок Джонс, штат Техас, пока его не оживили прабабушка Роза и ее поклонники. Об этом есть целая легенда.

Гладя на женщину с фотографии, вполне можно было поверить, что она способна встряхнуть целый город. Во взгляде, которым она, чуть улыбаясь полными губами, смотрела в объектив, не было ни робости, ни застенчивости.

— Что же с ней случилось? — поинтересовалась Мэг, довольная, что женщины из рода Таггарт могут быть такими же буйными и непокорными, как и мужчины.

— Точно никто не знает, — серьезно ответил Джесси. Ему, похоже, нравился ее интерес. — Говорят, после большой стрельбы она отдала свое сердце победителю, которым оказался шериф. Жители Джонса тут же изменили название городка на Шоудаун, чтобы увековечить память о самом интересном из всех происходивших здесь событий.

Улыбнувшись, Мэг положила фотографию обратно в коробку и стала собирать остальные

— А твоя прапрабабушка Диана? Что стало с ней?

— Она прожила счастливую жизнь, — ответил Джесси. Его голос звучал почти нежно, словно разговор о предках доставлял ему большое удовольствие. — Она любила своего мужа, и они прожили вместе почти пятьдесят лет. У нее было трое сыновей, и один, по имени Бун, стал отцом Тома Ти и моим прадедушкой.

Джесси поднял несколько пачек старых писем, перевязанных выцветшими голубыми ленточками.

— Можешь прочитать их, если хочешь.

— Потом, — с трудом выдавила Мэг. Пятьдесят лет! Наверное, прапрадедушка Джеймс был необыкновенным мужчиной, не то что его независимый и упрямый потомок.