Даниэла Стил - Негодяй

— А вдруг она надолго задержится у тебя?

— Ну и что? Что в этом плохого, если Арабелла будет хорошо относиться к тебе?

— А если ты женишься на ней?

Дафне становилось плохо при одной мысли об этом.

— С чего ты взяла, что я могу жениться на ней? — удивился Блейк.

— Не знаю. Люди обычно женятся в таких случаях…

— Кто-то, может быть, и женится, но только не я. Я уже был женат на твоей маме. У меня трое детей, к твоему сведению, и мне нет никакого смысла еще раз жениться. Нам с Арабеллой хорошо вместе, вот и все. Не беспокойся, мы не поженимся, зачем нам это?

— Но она говорит, что любит тебя. И я слышала, как ты, папа, тоже признавался ей в любви. Если люди любят друг друга, они женятся, но я не хочу, чтобы ты женился на ком-либо, кроме мамы.

— Ну, положим, мы с твоей мамой никогда больше не будем вместе. Это факт. Однако это не означает, что мы с ней не любим друг друга. В моей жизни хватит места и для вас с мамой, и для женщины, которая мне нравится. Не беспокойся, Даффи, я никогда не женюсь, обещаю тебе это. Ты мне веришь?

— Да, папа, — неуверенным тоном пробормотала девочка. — А вдруг ты когда-нибудь изменишь свой взгляд на брак и нарушишь слово?

Ей пришлось признать, что Арабелла умна, хороша собой и интересна. Она прекрасно подходила ее отцу, и это пугало Дафну.

— Если я изменю свою точку зрения, то обязательно поговорю с тобой об этом. Ты можешь обсуждать со мной любые темы, но у меня есть к тебе одна просьба. Не изводи Арабеллу. Ты несправедлива к ней. Она наша гостья, но ей не по себе в нашем доме.

— Знаю, — с победной улыбкой сказала Дафна. Ведь она так упорно добивалась этого.

— Прекрати говорить ей колкости. Ты же можешь быть хорошей девочкой.

— Это приказ, папа?

— Да, приказ, — твердо сказал Блейк.

Его охватило беспокойство. Неужели Дафна начнет теперь грубить всем его женщинам? Она и о приятеле своей матери Чарлзе успела сказать несколько колкостей. По-видимому, девочка хотела, чтобы ее родители жили в одиночестве до конца дней своих. Но это несбыточная мечта. Блейк был рад, что у Максин наконец появился мужчина. Ей необходимо дружеское участие и общение. Блейк не испытывал чувства ревности, а вот Дафна, судя по всему, ревновала мать к ее другу.

Блейка беспокоило поведение дочери. Она превратилась в маленькую стерву. Он теперь не раз вспоминал слова Максин о том, что у Дафны начался трудный переходный возраст. Раньше его не тревожило, что могут возникнуть какие-то проблемы с детьми, когда он берет их с собой на каникулы.

— Постарайся, пожалуйста, найти с ней общий язык. Ради меня, — попросил Блейк.

— Хорошо, — скрепя сердце пробурчала дочь.

Этот разговор не сразу дал положительные результаты. Но через пару дней Блейк заметил, что Дафна начала понемногу исправляться. Она больше не делала замечаний по поводу татуировок и прически Арабеллы и отвечала, когда та обращалась к ней. Это, несомненно, были сдвиги в лучшую сторону. Арабелла теперь не плакала и не дулась.

Впервые в поездке с детьми Блейк столкнулся с неприятностями. Он жалел, что взял с собой Арабеллу, но не потому, что ее присутствие расстраивало Дафну, а потому, что его дети испортили настроение Арабелле.

Однажды они пошли кататься на лыжах вдвоем, и эта мирная, спокойная прогулка очень понравилась Блейку. Время от времени они останавливались, чтобы отдохнуть и поцеловаться, а потом вернулись в дом и занялись любовью. Арабелла призналась, что с нетерпением ждет возвращения в Лондон. И хотя Арабелла была рада познакомиться с детьми Блейка, она постоянно испытывала неловкость в их присутствии. Никто не сомневался, что она и Дафна никогда не станут друзьями. Арабелла могла рассчитывать только на хрупкое перемирие.

Несмотря на то что Дафна стала лучше себя вести, Блейк не завидовал бывшей жене и ее другу. Он задавался вопросом: как Чарлз Уэст терпит выходки Дафны? Арабелла, наверное, сбежала бы из Аспена, если бы Блейк не поговорил с дочерью и не убедил ее изменить отношение к его подруге.

Блейк впервые почувствовал облегчение от того, что каникулы детей подошли к концу и пришло время возвращаться в Нью-Йорк. Из аэропорта он повез их к матери, а Арабелла отправилась к нему домой. Этим вечером они должны были вылететь в Лондон.

Сэм сразу же с восторженными криками бросился к матери и едва не сбил ее с ног. Джек и Дафна тоже радовались.

— Ну, как отдохнули? — спросила Максин бывшего мужа.

По выражению его глаз она поняла, что он чем-то расстроен. Блейк ответил только после того, как Дафна вышла из комнаты.