Даниэла Стил - Конец лета

— Да. — Он снова улыбнулся ей. — Да, мы друзья. Хотите пойти прогуляться по пляжу?

Он был уже на ногах и протягивал руку, чтобы помочь ей подняться. Их руки на мгновение соприкоснулись, затем он повернулся и сделал несколько быстрых шагов в направлении берега, жестом предлагая догнать его. Она шла медленно, думая над тем, о чем они беседовали. По крайней мере, все стало ясно, и она действительно любила Марка. И по меньшей мере теперь она могла быть спокойной за свои отношения с Беном. В какой-то момент она боялась этих отношений: в нем было что-то такое, что ей очень нравилось.

Он протянул ей морские раковины и зашел по колено в воду, предварительно сбросив свои сандалии. Он напоминал высокого счастливого мальчика, играющего в полосе прибоя, а она улыбалась, наблюдая за ним.

— Побежали наперегонки?

Подойдя к ней снова, он с озорством посмотрел на нее, и она весело согласилась. Если бы Пилар увидела сейчас, как ее мать и незнакомый мужчина бегут наперегонки по пляжу, словно малые дети! Она действительно чувствовала себя маленькой девочкой, которая, задыхаясь, со взлохмаченными волосами бежит по мокрому песку, оставляя после себя глубокие следы. Наконец она остановилась, смеясь и неровно дыша, покачав головой, когда он проносился мимо.

— Сдаетесь? — крикнул он ей издалека.

Когда она кивнула, он вприпрыжку вернулся по пляжу обратно и остановился рядом с тем местом, где она в изнеможении опустилась на песок. Красные блики солнечных лучей заиграли в ее темных волосах. Он опустился рядом с ней, и они сидели вместе, глядя на море, с трудом переводя дыхание. Через мгновение она посмотрела на него, зная, что она увидит эти глаза цвета морской волны, ищущие ее взгляда.

— Дина… — Он выдержал большую паузу, не спуская с нее глаз, а затем, слегка наклонившись к ней, прошептал в темную гущу ее спутанных ветром волос: — О, Дина, я люблю вас…

Как будто потеряв над собою контроль, он почувствовал, как его руки обвились вокруг нее и его рот мягко нашел ее губы, но ее руки так же быстро обвились вокруг него и ее рот так же жадно приник к его губам. Они сидели так очень долго, обняв друг друга, касаясь лица друг друга, заглядывая друг другу в глаза. Все это время они не произнесли ни слова, за исключением той фразы, сказанной им в самом начале. Они не нуждались в словах; они были наедине друг с другом в особом мире, где остановилось время. Наконец Бен первым разомкнул объятия; ни слова не говоря, он встал, медленно и осторожно, протянув ей руку. Взявшись за руки, они вместе отправились обратно вниз по пляжу.

Они не произнесли ни слова до тех пор, пока снова не оказались в машине. Бен некоторое время сидел молча и выглядел озабоченным.

— Я должен был бы просить у вас прощения, Дина, но я не делаю этого.

— И я тоже этого не делаю. — Ее голос звучал, как после сильного потрясения. — Но я не понимаю, что со мной происходит.

— Наверное, нам не стоит так продолжать. Мы все еще можем быть друзьями. — После сказанного он посмотрел на нее, надеясь встретить улыбку, но в ее глазах не было и намека на нее, лишь слабый проблеск мысли, неотвязно ее преследующей.

— Я не чувствую себя обманутой. Во всяком случае, не вами. — Она очень хотела, чтобы он это знал.

— Вы чувствуете, что обманываете сами себя?

— Возможно. Я думаю, что я всего лишь чего-то не понимаю.

— Вам и не надо ничего понимать. Вы были очень уверены в правильности своего поведения в жизни, когда мы недавно беседовали об этом. Поэтому вам ничего не надо ни понимать, ни объяснять. — Его голос звучал исключительно мягко. — Мы можем забыть все это. Я уверен, что мы так и сделаем.

Но ей не хотелось ничего забывать, и, пожалуй, это было самое поразительное открытие для нее. Она совершенно ничего не хотела забывать.

— То, что вы сказали, это правда? — Она имела в виду его слова «я люблю вас», но она увидела, что он понял, о чем идет речь. — Я тоже испытываю такое же чувство. В действительности это какое-то легкое помешательство.

— Неужели это так! — В этот момент он громко засмеялся и нежно поцеловал ее в щеку. — Наверное, это даже очень большое помешательство. Но какие бы чувства мы ни испытывали друг к другу, я не стану разрушать вашу жизнь. У вас есть все, что вам требуется, и вам совершенно не нужно, чтобы я вносил какие-то изменения в вашу жизнь сейчас. Я догадываюсь, что вам потребовались все эти последние восемнадцать лет, чтобы построить свою жизнь таким образом. — Это была правда, и она знала это. — Я обещаю, Дина. Я не причиню вам страданий.