Даниэла Стил - Дар

Поднявшись с ней на крыльцо своего дома, Томми поцеловал ее, вдруг почувствовав, как она напряженно вцепилась в его руку и согнулась. Он поддержал ее, борясь с растерянностью и страхом.

— О Господи! О Господи! — только и мог сказать Томми.

Он осторожно усадил ее на ступеньку. Мэрибет испуганно смотрела на него, держась за живот и пытаясь перевести дыхание после острого приступа боли.

Томми помчался за матерью, и, когда Лиз выбежала на крыльцо, Мэрибет по-прежнему сидела, широко раскрыв полные страха глаза.

У нее начались схватки, и это было гораздо больнее, чем она могла предположить.

— Ничего, ничего, — пыталась успокоить ее Лиз.

Она послала Томми за отцом, чтобы тот помог ввести Мэрибет в дом.

— Куда это вы ходили? До Чикаго?

— Только до пруда и обратно, — ответила Мэрибет, и у нее снова перехватило дыхание от следующей схватки.

Это была острая, раздирающая внутренности боль, и ей казалось, что еще одного такого приступа ей не выдержать.

— Роды не должны были начаться так неожиданно, — сказала она Лиз с недоумением.

Джон с женой помогли ей войти, а Томми стоял рядом со встревоженным видом.

— Утром у меня немного болел живот, а теперь началось вот это, — объяснила Мэрибет, не в состоянии поверить, что пришла пора решительного испытания.

— У тебя были судороги? — ласково спросила Лиз. — Или боли в спине?

Ранние признаки родов иногда трудно было распознать, особенно такой неопытной девочке.

— Вчера у меня болела спина, а утром были спазмы и боль в желудке, но я думала, что это оттого, что я переела за праздничным столом.

Когда боль отступила, Мэрибет немного успокоилась.

— Может быть, все началось уже вчера вечером, — мягко сказала Лиз.

Это означало, что ее нужно было немедленно отвезти в больницу. Прогулка явно спровоцировала начало интенсивной стадии родов.

По срокам Мэрибет должна была родить завтра, так что она не перенашивала, и ребенку явно не терпелось появиться на свет. Получилось такое удивительное совпадение, что он вздумал родиться только после того, как Уиттейкеры решили его усыновить. Казалось, за них решала сама судьба.

Опытная Лиз начала немедленно засекать интервалы между схватками, а Джон пошел звонить врачу.

Томми сидел рядом с Мэрибет, держа ее за руку и глядя на нее с жалостью и состраданием. Сердце его разрывалось от того, что ей приходилось испытывать такую боль, и ему было странно видеть, что родители относятся к происходящему абсолютно спокойно. Они обращались с Мэрибет очень ласково, а Лиз не оставляла ее ни на мгновение.

Схватки, длинные и тяжелые, приходили через каждые три минуты, и Джон сказал, что доктор Маклин велел им немедленно приезжать. Через пять минут он должен был встречать их в роддоме.

— Что, надо ехать уже прямо сейчас? — спросила Мэрибет.

Она выглядела очень юной и очень испуганной, переводя взгляд с Джона на Лиз, а с Лиз на Томми.

— А еще немного мы не можем побыть дома?

Она готова была расплакаться, но Лиз заверила ее, что дольше тянуть нельзя. Пора было ехать.

Лиз быстро собрала для нее необходимые вещи, и через пять минут они были уже в пути.

Мэрибет сидела на заднем сиденье между Томми и Лиз, а Джон ехал так быстро, как только позволяло заледеневшее шоссе.

Доктор Маклин ждал их у дверей больницы вместе с медсестрой. Они посадили Мэрибет в кресло на колесиках и быстро покатили вперед. Мэрибет испуганно вцепилась в руку Томми.

— Не оставляй меня, — умоляюще произнесла она, сжимая его пальцы и плача. Доктор Маклин был тронут нежными отношениями этой юной пары. По его предположениям, роды должны были пройти без всяких осложнений. Мэрибет была молода и здорова, и не было оснований для тревоги.

— Ты увидишь Томми очень скоро, — успокоил ее доктор, — вместе с малышом.

Но Мэрибет начала от этого плакать еще сильнее, и Томми ласково поцеловал ее.

— Я не могу пойти с тобой, Мэрибет. Меня не пустят. Ну ладно, будь умницей — в следующий раз я буду с тобой, — пообещал он.

Томми осторожно высвободил руку, и медсестра, катившая коляску, снова двинулась вперед по длинному больничному коридору.

Мэрибет обернулась и испуганными глазами посмотрела на Лиз. После краткого разговора доктор согласился, чтобы мать Томми присутствовала при родах.

Лиз чувствовала, как сильно бьется ее сердце — и в лифте, и в предродовой палате, где Мэрибет раздели и осмотрели, чтобы понять, на какой стадии родов она находится. Бедная девочка к этому моменту была почти в истерическом состоянии, и медсестре пришлось сделать ей укол, чтобы она успокоилась. После этого Мэрибет стало лучше.