Даниэла Стил - Возвращение

Мы с Пег Ричарде вместе росли и ходили в одну школу; она была мне как сестра. Мы были совершенно разные, но понимали друг друга с полуслова. Ей-богу! И всегда заботились друг о друге. Всегда. Скорее как сестры, чем как подруги.

Пег Ричарде грубовата и задириста, говорит на чудовищном жаргоне, с виду простушка, коренастая, крепкая, веснушчатая и кареглазая. В школе она была заводилой — как в шалостях, так и в серьезных делах. Никто лучше ее не мог поставить на место неряху и задаваку или отшить девчонку, которая никому не нравилась. Она ходила в мужских полуботинках, стриглась коротко и была равнодушна к тряпкам и косметике, по которым мы с ума сходили. Мальчики ее тоже почти не интересовали. Она была просто Пег. Свой парень. Но за те два года, которые я провела в Европе, пытаясь учиться живописи, имидж «капитана хоккейной команды» у Пег бесследно исчез. Она серьезно увлеклась альпинизмом, нахваталась новых словечек, и я заподозрила, что веки у нее были накрашены. Три года спустя Пег работала продавцом в секции детской одежды, по-прежнему говорила ужасно, но определенно пользовалась косметикой и носила накладные ресницы. Она играла в теннис, жила с каким-то журналистом и выбивалась из сил, пытаясь выйти за него замуж. Тогда Пег было двадцать три. А пять лет спустя, когда я в первый раз вернулась из Калифорнии, она была одна, ни с кем не жила и работала все там же.

Пег делала для меня все: опекала в школе, не отходила от меня, когда я родила Саманту, и чувствовала себя несчастной, поддерживала во время развода и много раз вытягивала изо всяких передряг. Пег — моя испытанная подруга, верная союзница и одновременно самый придирчивый критик. Разве могут быть секреты от того, кого знаешь как облупленного?

Телефон в отделе универмага отозвался быстро, я попросила позвать Пег, и через полминуты она взяла трубку.

— Пег? Это я. — Если во время разговора с Энгусом я держалась как настоящая нью-йоркская львица, то с Пег живо превратилась в школьницу.

— Ах ты паршивка! Джиллиан! Какого черта ты делаешь в городе? Давно пришлепала?

— Недавно. Вчера вечером.

— Где бросила кости?

— Слушай, ты не поверишь, но в «Ридженси».

— Кончай заливать. Неужто правда? Разбогатела, что ли, на западе? Я думала, золотая лихорадка давно кончилась.

— Хватит, Пег… Разбогатела. Только не так, как ты думаешь. — Я вспомнила о Крисе и сразу помрачнела.

— Эй, Джилл, у тебя все в порядке?

— Ага. Нормально. Как у тебя?

— Жива покуда. Когда я тебя увижу? А моя подружка Сэм с тобой?

— Куда она денется? Приезжай когда хочешь. В этом чертовом городе я чувствую себя чужой и не знаю, с чего начать. Но я на коне.

— В «Ридженси», кто бы мог подумать… Слушай, еще секунду… Скажи честно: вы насовсем или только на время?

— Кто его знает… Скорее всего насовсем.

— Значит, твой роман накрылся?

— Не знаю, Пег. Думаю, да, но толком не знаю. Это длинная история. Приедешь, расскажу.

Ты меня чертовски расстроила. Но я ни чуточки не удивилась. После того как ты застала его с той девкой… — Я совсем забыла, что с горя обо всем написала ей.

— Ну, это пустяки…

— Значит, что-то новенькое? О боже! Мне бы и этого выше крыши… Бедная старушка Джилл, ты никогда не научишься уму-разуму! Ладно, расскажешь все при встрече. Может, сегодня вечером?

— Вечером? Конечно. Почему бы и нет?

— Не слышу энтузиазма. Ну и черт с тобой. Приду в отель после работы, тяпнем как следует. Соскучилась по твоей громадной девице. Я так рада, что ты вернулась, Джилл!

— Спасибо, Пег. Тогда до вечера.

— Ага. Кстати, не забудь одеться поприличнее. Я поведу тебя обедать в «Двадцать одно».

— Да ты что?

— Что слышала. Отпразднуем твое возвращение.

— Может, лучше у меня в номере?

— Не болтай зря. — С этими словами она повесила трубку, и я улыбнулась. А все же неплохо вернуться домой! Время, проведенное с Крисом, начало казаться мигом. Ничего особенного не случилось. Я снова в Нью-Йорке, городе своей юности. Появилась надежда на скорую работу. Вечером я буду обедать в «Двадцать одном». Похоже на то, что Нью-Йорк и вправду улыбается мне. Неужели все выйдет так, как я загадала?

Пег заказала столик в баре знаменитого клуба «Двадцать одно». В зал нас провел метрдотель, казалось, хорошо знакомый с Пег.

— Ну что ж, после моего отъезда ты научилась выбирать рестораны. Большой прогресс.

— За ценой не постоим. — Она таинственно улыбнулась и заказала по двойному мартини. Это тоже было что-то новенькое.