Даниэла Стил - Голос сердца

— Я не виделась с ним пять месяцев, а до этого была за ним замужем два с половиной года. Разве это странно, что я хотела с ним поговорить?

— Учитывая то, как он с тобой обошелся, да, странно, а ты так не считаешь? Или ты хотела поблагодарить его за все хорошее, что он тебе сделал в последнее время?

На самом деле Билл ревновал, хотя и ругал себя за это. Но ему не нравилась мука в ее глазах и выражении лица, он ненавидел Стивена за то, что тот причинил ей боль, и хотел, чтобы Адриана навсегда вычеркнула его из своей жизни.

— Не докучай мне!

Адриана стала плакать и растирать себе живот — даже малыш, видно, расстроился и начал яростно брыкаться. Единственным ее желанием было вернуться домой, лечь и забыть про Стивена, но она знала, что это невозможно.

— Он даже не взглянул на меня, — всхлипывая, произнесла она.

— Адриана, — процедил Билл сквозь стиснутые зубы, — этот парень полнейшее дерьмо. Сколько ты будешь с этим мириться? Год? Пять? Десять? Ты ждешь, что он вернется и будет осыпать розами и тебя, и ребенка. А я тебе повторяю, что он не собирается этого делать. Разве он не дал тебе этого понять сегодня вечером? Он даже не стал с тобой разговаривать, просто встал и вышел. Этого человека совершенно не интересуете ни ты, ни твой ребенок.

Билл подозревал, что Стивен был к Адриане безразличен и раньше, но не стал ей этого говорить.

— Но как он может так поступать? Как он может не испытывать никаких чувств к собственному ребенку? Сейчас он их в себе подавляет, но раньше или позже они проявятся.

— Это иллюзия. Он ушел, детка. Забудь о нем. Адриана не ответила. Остальную часть пути они ехали молча, а когда прибыли домой, то опять стали спорить, и Адриана, заплаканная, легла спать в гостевой комнате. На следующее утро настроение у нее было подавленное. Билл ничего не говорил, дал ей самой приготовить себе завтрак, все глядел в газету, но наконец поднял глаза от спортивной страницы и спросил:

— Чего ты, собственно, от него ждешь? Почему не хочешь сказать мне, чтобы я раз и навсегда знал, чего ты ожидаешь?

— От Стивена?.. Не знаю. Я просто ожидала, что он по-другому отнесется к факту, что у нас будет ребенок. Он даже не ведает, что отвергает. Я могу понять то, что он хочет со мной развестись, потому что считает меня предательницей. Но я не могу понять того, что он отворачивается от собственного ребенка. Когда-нибудь он об этом пожалеет.

— Разумеется. Это будет цена, которую ему придется заплатить. Но, может быть, он никогда и не одумается. К тому же о каком предательстве может идти речь? Разве ты его обманывала? Или нарочно забеременела?

— Конечно, нет, — обиженно ответила Адриана. — Я знала, что для него это больной вопрос, и всегда была осторожна.

— Вот и я так думаю…

Билл слегка улыбнулся. Он очень сильно любил Адриану и абсолютно не был склонен с ней спорить, тем более что предмет разногласий был только один — Стивен,

— Но спросить никогда не вредно. Продолжай. Чего ты от него ждешь?

— Я просто хочу, чтобы он признал ребенка своим, свыкся с этим фактом. По-моему, он просто с самого начала сбежал от него, и все. Я хочу, чтобы он увидел его и сказал: о'кей, он мой, но он мне не нужен… или: да, я ошибался, я люблю моего малыша. Но я не хочу, чтобы он вечно от меня бегал, потому что я продолжаю думать, что он в какой-то момент вернется и исковеркает мою жизнь, жизнь малыша, твою и свою собственную, а я всегда буду испытывать чувство вины. Я хочу чувствовать себя совершенно свободной от него, чтобы спокойно устраивать свою жизнь, но для этого надо, чтобы он прямо поставил вопрос или хотя бы поговорил со мной и дал ответ, почему так ко всему этому относится. У него не хватило порядочности, чтобы поговорить со мной с тех самых пор, как он выехал из квартиры.

Она впервые так все растолковала, и наконец проблема приобрела ясность. Адриана не могла поверить, что Стивен ушел навсегда, и хотела получить непосредственно от него подтверждение того, что он понимает, от чего отказывается, и делает это совершенно сознательно. Смысл и логика в рассуждениях присутствовали, но Билл считал, что этого она от супруга не добьется. Не такой он был человек, что и продемонстрировал на протяжении пяти месяцев и накануне вечером. Он собирался сбежать, развестись через адвокатов и отречься от ребенка, даже не повидав его. Такова была его натура, и нельзя было закрывать на это глаза.

— Не думаю, что ты вытянешь из него еще что-то. Он проста не способен на прямое выяснение ситуации.