Даниэла Стил - Голос сердца

— А нельзя ли узнать, зачем вы ему звонили? — Ларри Алман старался смягчить тон.

— Нельзя. Я звонила по личному вопросу.

— Извините.

Алман сделал паузу, и Адриана все поняла.

— Он не намерен со мной говорить, да? Адвокат не хотел давать прямой ответ, но молчание было красноречивее слов. Наконец он произнес:

— Он считает… что вам обоим от этого было бы только тяжелее, особенно учитывая обстоятельства.

Стивен боялся, что Адриана в отчаянии будет пытаться навязать ему ребенка. Он понятия не имел, что она живет с мужчиной, который по-настоящему любит ее и ее малютку. Впрочем, такое Стивен не способен был бы понять.

— У вас проблемы с беременностью? Что-то касающееся мистера Таунсенда, несмотря на его юридический отказ от ребенка?

Адриану подмывало сказать адвокату, чтобы он заткнулся, вышвырнул вон свою юридическую риторику и говорил как человек. Но ведь именно это он и пытался делать.

— Нет-нет, не беспокойтесь. Скажите, пусть забудет об этом.

Именно этого Стивен и желал. Он сказал адвокату, что хочет забыть обо всем, что касается ее, но адвокат не решился передать такое.

На этом разговор закончился. Он поверг Адриану в еще большее уныние, чем состоявшийся накануне. Билл заметил, в каком она настроении, но решил, что виной тому квартирные дела. Он, конечно, не знал, что Адриана звонила Стивену в надежде получить ответ на вопрос: почему он ее разлюбил и отказался от ребенка. Для этого должна быть какая-то причина, а не просто трудное детство, считала она. Она не хотела говорить Биллу о своем звонке, зная, что это задело бы его чувства. Чтобы как-то отвлечься, она после ужина предложила позвонить мальчикам. Разговор с ними всегда добавлял ей оптимизма.

Выходные они с Биллом провели за городом, и в понедельник Адриана повеселела. Квартирный вопрос уже не казался ей таким важным, она поняла, что не нуждается в собственном жилье. Ей было очень хорошо у Билла. Прежняя квартира не стоила того, чтобы за нее цепляться.

В субботу и воскресенье они гостили в Палм Бич, у друга Билла, актера, который начинал свою карьеру в сериале, а потом играл в нескольких кинофильмах, имевших успех. Он был интересным человеком" его семья Адриане тоже очень понравилась. Было много шуток в адрес Билла по поводу будущего ребенка. Хозяева решили, что он отец, и не считали странным, что Билл и Адриана не в браке. Они отнеслись к гостям очень тепло, а Джанет, жена актера, горячо поддерживала тезис о «чуде» беременности. Она говорила, что не стоит предаваться изменчивости настроений, характерной для этого состояния, а надо помнить, что в конце трудного пути ждет удивительнейшая из наград — малыш.

С уик-энда они вернулись отдохнувшими и в то же время взволнованными от сознания, что им предстоит. Билл достал с полки несколько купленных им книг и почитал Адриане выдержки, которые могли бы ее напугать, если бы она не находилась в таком хорошем настроении.

На следующее утро Адриане на работу позвонил ее адвокат и сообщил, что уже имеется покупатель на квартиру и Стивен намерен заключить с ним сделку.

— Уже?

— Я тоже очень удивился. Покупатель хочет, чтобы оформление было закончено в течение тридцати дней. Может, для вас это слишком короткий срок?

Но Адриана восприняла эту информацию спокойно. Билл настаивал, чтобы она осталась у него, даже когда прибудут сыновья, и предложил со временем переоборудовать гостевую комнату под детскую, что Адриану радостно взволновало.

— Так что вы думаете об окончательном выезде через тридцать дней? — переспросил адвокат.

— Я согласна.

Адвокат не ожидал такого ответа.

— А цена? — спросил он.

Адриана помедлила с ответом, но только потому, что мысленно прощалась с квартирой и со Стивеном.

— Она вас устраивает? — Да.

«Господи, — подумала Адриана. — Скорее бы все это кончилось!» — Сегодня во второй половине дня я пришлю вам документы. Вы подпишете, и я их передам обратно, адвокату вашего мужа.

— Очень хорошо.

Когда принесли документы, странно было смотреть на стоящую под ними подпись Стивена. Адриана так давно не видела ничего, что имело к нему отношение, что глядеть на его почерк было все равно что перенестись в прошлое. Но кроме подписи ничего больше не было: ни записки, ни письма, ни каких-либо пометок на бланках. Он полностью вычеркнул себя из ее жизни и был намерен, несмотря ни на что, сохранять свою позицию. Получалось так, словно он ее боится, но причина страха была Адриане непонятна. Ей все это казалось лишенным здравого смысла и постепенно теряло для нее значение.