Борис Иванов - Ночь Пса

Над пюпитром, из мрака возникло еще одно фосфорически-белое пятно – дежурный улыбнулся неожиданной встрече.

Девушка, симпатичная, с резкими чертами очень молодого, на вид – цыганского лица, приветливо помахала ему рукой.

– Привет, Элли, – радостно приветствовал он коллегу. – Сегодня я тебя сменяю. Махнулась с Даном, – Элли одарила его жемчужной улыбкой. – Мне завтра днем вот так нужно в город.

Она энергично бросила сумочку рядом с распечаткой отчета и принялась извлекать из нее потребные для высиживания следующих четырех часов ночного дежурства предметы: патрончик губной помады, зеркальце, набор микрокосметики и другую чушь.

Сдающий смену с явным облегчением освободил место за столом со множеством кнопок и экранов.

За его плечами послышались шаги. Белоснежный халат человека, вышедшего на звук их разговора из глубины блока, был накинут поверх темно-синего мундира офицера уголовной полиции.

– Сегодня у нас гостит, так сказать, опекун с Козырной... – представил его чернокожий дежурный, – лейтенант Дин. А это – мисс Лихая... – у него была англо-саксонская манера именовать людей. – Сменяет меня вместо мистера Штерна.

Полицейский улыбнулся – надо полагать, общество мистера Штерна было бы чуть менее приятно ему.

– О, я вижу, сегодня у меня будет приятная компания, лейтенант, – приветливо помахала ему Элли, – что, сегодня у нас в блоке опять очень важные персоны?

– Что поделать, мисс, что поделать, – полицейский пожал плечами, словно извиняясь. – Кто-то там, наверху, боится, что ваших сегодняшних пациентов могут заставить замолчать навеки.

Элли энергично поставила закорючку на бланке приема-передачи дежурства и помахала вслед неторопливо удаляющемуся коллеге.

Потом повернулась к лейтенанту.

– Вас в сон не тянет, герр офицер? Меня так – очень. По началу дежурства – всегда так. Но есть панацея – она помахала в воздухе небольшим термосом. – Хороший кофе... Скажу по секрету – настоящая контрабанда! Угоститесь.

Мисс с отраженной в ее фамилии лихостью наполнила заманчиво дымящимся напитком пару разовых стаканчиков и протянула лейтенанту его долю. Поклевывая крепко заваренный мокко, оба лица, непосредственно ответственные за жизнь пациентов блока, обменялись между собой мнениями о разных аспектах тягостей ночных дежурств, о затее муниципалитета с экотранспортом, об одолевающих эмигрантах... Особо подасадовали о волне преступности, из-за которой даже в реанимации за пациентами, что на пол-дороге в мир иной, могут прийти архангелы при пистолетах с глушителями, и еще о чем-то, что лейтенанту Дину и вовсе плохо запомнилось, а потом Элли отправилась осматривать пациентов. Когда минут через десять она вернулась к своему столу, лейтенант, притулившийся в кресле у уютного торшера, пребывал в глубоком ауте.

Препарат, проглоченный им вместе с мокко, действовал надежно и не оставлял клиенту времени обеспокоиться подступившим помутнением сознания.

Элли поправила стража порядка в кресле, сообщив ему более удобную позу, поколдовала со своим терминалом, переключив регистрацию текущего состояния с одного из пациентов на имитатор, и вернулась в блок. Подошла к койке, на которой покоился Халид.

За минуту до этого она ввела ему в вену содержимое пары небольших ампул, не предусмотренных списком дежурных медикаментов блока интенсивной терапии. Он уже пытался – мучительно морщась – открыть глаза. Справившись с этим, он некоторое время пытался сфокусировать их на лице Элли. Та придвинула к его изголовью стул, устроилась на нем, раскрыла небольшой коробок с набором шприцов.

Потом достала из сумки мини-регистратор и включила его.

– Где я?... – с трудом выговорил Халид.

– В больнице, – мягким голосом успокоила его Элли. – Не вибрируй особенно. Тебе привет от Рамона.

– Где... где остальные?... – Халид с трудом составлял слова в предложение. – Вы – кто? Я... я вас не знаю...

– Это неважно, – Элли взяла его руку и ввела следующий препарат. – Надо сосредоточиться. Мы вытянем тебя отсюда. Рамон хочет знать все о том, что там вышло – на улице Темной Воды...

– Дело, даже, не в этом... – Профессор помолчал, подбирая слова. – Будущее, знаете ли, отбрасывает тени...

Странник отправился в свой путь за пару-другую десятилетий до того, как слово Империя стало официальным термином... Стало писаться с большой буквы... Но она уже существовала – фактически. Так что жителям Чура было от чего ужаснуться новостям со старушки-Земли, когда Вызов и Колумб вошли в их зону радиослышимости. Они знали с чем предстоит иметь дело.